bigpo.ru
добавить свой файл
1




Победитель Национальной

детской литературной премии «Заветная мечта»


Час новой книги

(сценарий)






МУК «ТЦБС»

Тарская центральная районная библиотека

Зал делового чтения «Интеллект»


Час новой книги

(сценарий)


Тара 2009







Цель:

- популяризация современной русской литературы для населения.

Задача:

- помочь в воспитании толерантности и дружественного отношения к особым детям.

Оборудование: компьютер, мультимедийный проектор, экран, книги.

Сценарий


Ведущий 1. Сегодня вас ждет встреча с очень непростой и в чем-то очень странной книгой. Она вышла совсем недавно, в марте 2007 года, но уже задолго до этого собрала целую палитру разноречивых мнений. Речь пойдет о повести Екатерины Мурашовой «Класс коррекции».

Нужно отметить, что книга Мурашовой получила ряд дипломов и премий, в том числе и Национальную детскую литературную премию «Заветная мечта» в номинации «Трудный разговор». А разговор в книге идет действительно трудный, вернее, о трудном, о больном и нерадостном. Разговор о детях, отторгаемых обществом, социально неблагополучных, - о детях-инвалидах, в том числе умственно неполноценных.

Ведущий 2. «Класс коррекции» рассказывает о современной российской школе, о реальном социуме с его проблемами. В повести речь идет о трудном классе, классе коррекции 7 «Е», куда собраны «второсортные» дети со всевозможными отклонениями и диагнозами, которые не имеют никаких перспектив и блестящих видов на будущее.

«Наш класс называется «класс коррекции» и, кроме того, имеет в своем названии замечательную букву «Е». 7 «Е» класс – класс коррекции. Звучит, не правда ли? Восьмого «Е» класса в нашей школе не предусмотрено, следовательно, наш класс расформируют в любом случае. Часть моих одноклассников, я думаю, закончит свое образование после седьмого класса и никогда уже учиться не будет, некоторые пойдут в 371-ю школу для дебилов, некоторых (особо умных) возьмут в классы «В» и «Г», еще кого-то родители сумеют пристроить в другие школы района.

Первые два класса в каждой параллели – «А» и «Б» - гимназические. У них лучшие учителя, три иностранных языка, кроме того, им преподают всякие важные и нужные предметы, вроде риторики и истории искусства. «Ашки» покруче, чем «бэшки», там больше зубрилок и детей спонсоров. Классы «В» и «Г» - нормальные. Там учатся те, у кого все более-менее тип-топ и в голове, и в семьях. В «В» скорее более, в «Г» - менее. Мы – класс «Е». Можете себе представить.

Ведущий 1. В этом отстойном и безнадежном, по педагогическим меркам, классе собрались самые запущенные, а по сути, просто несчастные – каждый по-своему – дети. За свою короткую жизнь им довелось пережить слишком много. Это злые волчата, жертвы пороков взрослых. Они матерятся, пьют и никому не верят. Их детство прошло в аду. И ад этот существует рядом с нами, только многие предпочитают об этом не говорить. Ад этот на языке успешных людей называется «неблагополучные семьи».

Но стоит отдать должное автору – при всей сложности темы Екатерина Мурашова не перешла к воспеванию всяческих ужасов. Эту книгу можно читать без содрогания, а дети в ней - живые, настоящие, добрые. А самое главное – сильные.

Ведущий 2. Екатерина Мурашова приглашает к разговору подростков и взрослых, которым тоже иногда полезно остановиться, оглянуться и пересмотреть некоторые свои жизненные и оценочные стереотипы. Нужно научиться понимать таких детей с ограниченными возможностями, которые загнаны в резервации типа специальных школ или классов коррекции. И наше сегодняшнее мероприятие – шаг к такому пониманию.

Ведущий 1. Историю, которая произошла с 7 «Е», рассказывает Антон, один из учеников класса коррекции. Об Антоне учителя говорят, что «по природе он – безусловный лидер, и к тому же очень умен и образован для своих лет», но «неврологически нездоров», у него «бывают припадки неконтролируемых эмоций». Этот Антон находит в классе коррекции настоящего друга – новичка Юру Малькова.

В 7 «Е» Юра приходит, а точнее, не приходит, а въезжает на инвалидном кресле, чем вызывает повышенный интерес к себе со стороны класса.

Из коридора в класс въехала инвалидная коляска. Человек десять изумленно присвистнули. Я с трудом удержался. Впечатление, надо сказать, получилось сильное. Никто из наших не гмыкал, не ржал, не свистел, не показывал пальцем, не отпускал идиотских шуточек. Все это было впереди. Весь класс с интересом наблюдал за новеньким. Могучему Пашке удалось раздвинуть столы и пристроить коляску так, что Юра легко мог писать на столе. Но… С руками у Юры явно было не все в порядке. Он взял ручку и, как-то нелепо выгибаясь, попробовал было начать работу. Не вышло. Пашка что-то прогудел и слегка развернул Юрину коляску под углом. Так дело пошло на лад. Судя по тому, что я видел, Юра лег на парту боком и писал практически снизу вверх, как японец. Пашка сначала поглядывал на Юру с тревогой, словно ожидая, что он сейчас рассыплется или еще что похуже. Пашку понять можно – у его предыдущего соседа прямо на уроках случались эпилептические припадки,- но он скоро успокоился и даже стал проявлять интерес к тому, что в Юриной тетрадке происходит. В общем, нашли общий язык.

Ведущий 2. У Юры ДЦП, но не только немощью отличается он от своих сверстников. Тяжело больной физически, он слишком нормальный в этом классе коррекции. Юрик живет в полной семье, у него не очень молодые, но любящие и понимающие родители. Его знания простираются далеко за пределы школьной программы. А еще он может посмеяться, пошутить над собой – а это талант, которым в классе никто не обладает. Над другими – сколько угодно, а над собой - нет.

Понятно, что почти сразу же Юру стали дразнить. Передразнивали его походку, уродливые ужимки, когда он пытался достать что-то, писали, как Юра, высовывая язык и нелепо вывернув локоть и кисть. Дразнили, естественно, не все и в основном не из нашего класса, но ведь придурки-то везде найдутся… На поддразнивания Юра реагировал удивительно: он смеялся. Да еще и передразнивал дразнильщиков. Вот как это происходило. Идет, предположим, Юра на костылях по коридору. Сзади тут же пристраивается хвост из двух-трех кретинов, которые идут так, чтобы Юра их не заметил, и копируют его ужасную походку, иногда опираясь при этом на швабру. Еще кретинов пятнадцать ржут. Юра потихоньку поглядывает назад, потом резко оборачивается. Все кретины, естественно, застывают на месте. Юра говорит, указывая пальцем:

- Не выходит, не выходит! И вовсе не похоже! Ты ногу не так волочешь, ты – вообще спотыкаешься, а я этого никогда не делаю. Вот у тебя немного лучше, чем у них, но все равно не так. Вставайте вот сюда, рядом. Смотрите на меня. Раз, два, три – пошли! Ногой, ногой больше загребай! Смотри, как я делаю!

Сами понимаете, в другой раз эти кретины Юру уже не передразнивали. Всем же хочется умными казаться.

Ведущий 1. Кроме того, Юра спокойно относился ко всем своим неудачам. Если у него что-то не получалось, он просто пожимал плечами и начинал все сначала. Такое создавалось впечатление, что за ним кто-то или что-то стоит. Он это знает и поэтому такой спокойный. К Юре невозможно было плохо относиться, а Пашка взял над ним шефство, и однажды потребовал от одноклассников, чтобы они в присутствии Юры не матерились и это подействовало.

В целом Юра на удивление быстро вписался в наш «Е» класс. Хотя, конечно, чем-то очень от нас отличался. Например, Юра никогда не употреблял матерных слов и морщился, когда кто-то матерился в его присутствии. Когда тут же были девчонки, его вообще перекашивало. Впрочем, наши девчонки сами матерились почище пацанов, так что так бы и оставаться Юре перекошенным, если б не Пашка. Пашка взял над Юрой полное шефство и однажды, к изумлению наших пацанов, потребовал, чтобы мы в Юркином присутствии не матерились.

- Зоренька, а как же ты сам-то разговаривать будешь?- опешили мы. – Ты же, кроме матерных слов и двух-трех стишков ничего другого не знаешь…

- Я пробовать буду,- серьезно сказал Пашка.- Мне Юрка объяснил: если я материться не буду, то на это место другие слова сами заползут…

Хохот был такой, что даже старшеклассники из коридора заглянули и спросили, что у нас такое происходит.

С тех пор только ленивые или совсем отмороженные Пашку не дразнили.

- Ну что, Зорька, слова-то хорошие ползут?

- А они, когда заползают, не щекотятся? Ты же у нас щекотки боишься…

- Если у тебя, Пашка, все лишнее убрать и на это место литературные выражения поставить, то ты будешь прямо как Лев Толстой, только без бороды…

И так далее в том же духе. Но Пашка, на удивление, не очень обижался, почти никого не бил и действительно – пробовал. И других заставлял. Постепенно у нас мата и правда поменьше стало. Мне даже понравилось. Хотя некоторые чувства трудно выразить литературным языком. Я еще до Пашки пробовал, поэтому знаю.

Ведущий 2. Юра хочет показать ребятам, что они не «уроды» и не «отбросы». И с этой целью приглашает весь класс к себе в гости, хотя это не было принято в 7 «Е».

Где-то и у кого-то звучит вполне нормально: пришел в класс новый пацан, огляделся и устраивает для одноклассников вечеринку. У «ашек», я слыхал, для таких вещей предки кафе арендуют, чтоб дома не заморачиваться и не готовить. Нанимают клоуна или массовика-затейника, чтоб гости не скучали. Наверное, все это правильно. Но у нас!..

Родители как увидят наших одноклассников, так сразу двери на все запоры запирают, побрякушки и деньги прячут, а разговаривать велят на лестнице, и чтобы быстро.

В общем, о таком, чтобы пригласить на вечеринку весь класс, мы и слыхом не слыхивали и даже не думали.

А Юрке хоть бы что! Раздал всем отпечатанные на компьютере приглашения, а на них такой смешной вихрастый пацан на костылях и ниже текст: «Юрий Мальков имеет честь…» и дальше дата, адрес, телефон. С ума сойти! Наши все притихли и даже смеяться-издеваться не стали.

Для большинства из класса приглашение Юры – это первый праздник в жизни. Придя в гости, они просто смотрели, как все может быть устроено. Обои на стенах, белье на кроватях, скатерть на столе, салфеточки, картины на стенах, папа, мама…

У этих детей не все благополучно в их детской жизни, их не пускают в приличные дома, они не слышат ласковых слов в свой адрес, к ним относятся как к второсортным. В отличие от гимназических классов, у которых была обширная экскурсионная программа, 7 «Е» никогда не водили на экскурсии.

(Сцена разговора учителя географии и завуча по поводу нежелания отпускать детей на экскурсию: гл. 13, с. 90-93).

Ведущий 1. В гл. 18 (с. 127-133) приводится сцена с поездкой в Эрмитаж, в которой еще раз подчеркивается несправедливое отношение к детям из класса коррекции. (Зачитать сцену)

Но нельзя отворачиваться от таких детей. То, что произошло с большинством ребят из этого класса, вина не детей, а взрослых, которым нет дела до их проблем.

Ведущий 2. Екатерина Мурашова знает о таких детях не только по «Отверженным», «Детям подземелья» или «Республике ШКИД». Она сама окончила психологический факультет Ленинградского университета, по специальности «Возрастная психология». Работала с детьми из социально неблагополучных семей. В настоящее время работает семейным психологом в детской поликлинике. Но даже самому чуткому, доброму и понимающему взрослому зачастую не под силу помочь своим маленьким подопечным в реальной жизни. Единственное, что может писатель,- привлечь внимание к проблеме трудных подростков, пусть даже в форме необычного сплава реального с фантастическим.

Ведущий 1. С появлением Юры в классе, накануне расформирования, у «ешек» начинается новая жизнь со всевозможными приключениями. Так в повести Мурашовой появляется некий параллельный мир, иное измерение, волшебная страна, проводником в которую является Юра. Первым Юра приводит Антона, а потом и других ребят в свой загадочный мир, в котором сбываются мечты каждого, где нескладная судьба несчастных детей поддается коррекции, где исполняются желания, где всегда весна-лето, земляничные поляны и придорожный кабачок «Три ковбоя».

Здесь Юрик обретает здоровое тело, он может свободно ходить, бегать и даже скакать на лошади. Полуслепой и глухой Мишаня превращается в отважного рыцаря, который пытается спасти прекрасную принцессу из замка. А принцесса эта – его одноклассница – немая Стеша. Разнесчастный Пашка, с проблемами умственного развития, который совсем не знал, что такое детство, в параллельном мире превращается в чудесного малыша, у которого есть заботливая мама. Свою любящую маму здесь обретает и девочка Витька, на руках у которой остались шесть братьев и сестер, младшей из которых - шесть месяцев. Витька счастлива, ее мама любит и гордится ею, и в этом мире она впервые смеется, чего никогда не делала в реальности.

Ведущий 2. Несмотря на полуфантастический сюжет, повесть Мурашовой – не фэнтези, а честная, даже жестковатая реалистическая проза, рассказанная так, что чувства безысходности не возникает.

Кого-то иная реальность отторгает, кому-то дарует спасение и убежище, но и там и здесь ребятам приходится бороться, выживать и помогать друг другу. В трудный момент, когда трое парней из 11 «А» класса, детки спонсоров школы, похитили Стешу, весь 7 «Е» объединился. Объединился, чтобы совместно решить их общую беду, понимая, что помощи ждать им не откуда. И они сражались за девочку и в нашем, и в параллельном мире. Антон организовал сбор одноклассников и предложил план вызволения Стеши.

Эти неудобные обществу дети смогли постоять друг за друга и драться до крови. Хотя они и смеются над словом «милосердие», но своим поступком продемонстрировали его проявление.

Ведущий 1. В книге еще много сильных, берущих за душу сцен. Но они лишены слезливой сентиментальности, настолько все узнаваемо сурово. И действительность не столь приукрашена, сколько даже слегка сглажена, потому что жизнь, как правило, гораздо жестче.

В конце концов, класс коррекции расформировывают. Взрослым читателям есть о чем подумать и поспорить с завучем, вопрошающей: «… почему мы, гимназия, занимающая первые места в городе по девятнадцати показателям, должны заниматься еще и психически больными детьми?!». Или с классной руководительницей 7 «Е», внушающей молодому учителю географии, который встал на сторону ребят: «Школа - всего лишь слепок с общества в целом. Неужели вы не видите разделения «на классы» всего нашего мира? Бедные и богатые. Удачливые и неудачники. Умники и глупые…»

Ведущий 2. Повесть «Класс коррекции» очень сильно выделяется в общем потоке современной отечественной литературы для подростков. Тема детей-отбросов общества, зачастую умственно неполноценных, инвалидов, социально запущенных слишком неудобна и некрасива, трудно решиться говорить об этом, но еще труднее говорить так, чтобы не осталось от разговора осадка отвращения, мрака и безысходности. Екатерина Мурашова виртуозно справляется с задачей написания жизнелюбивого, оптимистического произведения там, где, кажется, ни о каком оптимизме и речи быть не может. И дело здесь не в том, что сюжет в «Классе коррекции» условно фантастический. Скорее, секрет писательницы в том, что она искренне верит: в конце концов все будет хорошо и правильно, надо только понять, что «правильно», которое не для всех людей одинаковое.

И как поясняет сама автор, цель книги – не показать безысходность, а рассказать о том, что такие дети есть, они живут рядом с нами, мечтают, надеются. И именно эти дети, маленькие изгои с надломленной, но поэтической психикой, и оказываются людьми, способными на большие и благородные поступки.

Ведущий 1. Мурашова не развлекает читателя. Она призывает читающего подростка к совместной душевной и нравственной работе, помогает через соучастие, сочувствие героям книги осознать себя как человека, личность.

От книги не веет безнадежностью. Она призывает к размышлению. И если вы готовы поддерживать разговор на непростую тему, то эта книга написана для вас.

Наше мероприятие, точнее, знакомство с книгой, хотелось бы закончить афоризмом от Аврелия Августина: «Холод милосердия есть молчание сердца; пламя милосердия есть ропот сердца».

Нам бы хотелось, чтобы в ваших сердцах не нашлось места для равнодушия, пусть наполнятся ваши сердца добротой, состраданием, любовью, искренним желанием помогать людям.

Ведущий 2. Хорошая литература всегда вызывает отклик в душе читателя, трогает и волнует. Поэтому в конце мероприятия предлагаются вопросы для обсуждения прочитанного произведения – в классе, в библиотеке, в кругу семьи или друзей:

- Как, по-вашему, нужны ли классы коррекции в школе?

- Встречались ли вы когда-нибудь с «особыми» детьми? Приходилось ли вам ставить себя на место таких детей?

- Какова, на ваш взгляд, роль взрослых в судьбах героев книги?

Список использованной литературы:


  1. Кособок, М. «Класс коррекции»: приглашение к разговору / М. Кособок // Литература.- 2007.- № 11.- С. 28-31.

  2. Ленчук, Е. Художественная литература для детей и юношества / Е. Ленчук // У книжной полки.- 2007.- № 2.- С. 67.

  3. Мурашова, Е. В. Класс коррекции: повесть / послесл. К. Молдавской.- М.: Самокат, 2007.- 191 с.

  4. Мурашова, Екатерина Вадимовна. [Электрон. ресурс]. - Электр. текстовые дан. – М., 2008.- Режим доступа: http: // publ.lib.ru /.- [Загл. с экрана].

  5. Прочтение «Класса коррекции» Е. Мурашовой. [Электрон. ресурс]. – Электр. текстовые дан. – М., 2009.- Режим доступа: http: // prochtenie.ru/index.php/docs/1043/.- [Загл. с экрана].

  6. Рецензия Сергея Сурина на книгу Е. Мурашовой «Класс коррекции». [Электрон. ресурс]. – Электр. Текстовые дан.- М., 2009.- Режим доступа: http: //www.litkubiki.ru/page.php?pageld=121/.-[Загл. с экрана].






Составитель и компьютерный набор Алёшина Н.М. – библиотекарь зала делового чтения «Интеллект»


Оформление Втюрина А.М. – редактор Издательского центра