bigpo.ru
добавить свой файл
1 2 3 4



Владимир Лучников


НЕ НАДО ССОРИТЬСЯ С СОСЕДЯМИ


Комедия в двух действиях


Действующие лица:


Вадим Березников, банкир

Наталья, его жена

Яна, их дочь семнадцати лет

Леночка, секретарша банкира

Каптеркин, участковый

Арнаутова, старшая по дому

Погорелов, большой ученый

Ломакин, сосед банкира

Сермяжин, клиент банка

Риэлтор

Бригадир грузчиков

Коммивояжер

Репортер

Оператор


Первое действие


Картина 1. День


Пустая трехкомнатная квартира в пятиэтажке: большая проходная комната соединена с крошечной прихожей, в которой располагается входная дверь, ведущая на лестничную площадку. В одной стене комнаты окно с дверью на балкон, в другой стене две двери, которые ведут в маленькие комнаты. В третьей стене вход на крошечную кухоньку.

Внешний вид квартиры затрапезный - обшарпанные стены, покосившиеся двери, окно с треснутым стеклом. Но зато мебели никакой, и от этого она кажется просторной.

В квартире трое. Банкир Вадим Березников – солидный, важный господин лет сорока, плотного телосложения с заметно выпирающим вперед пузиком, его жена Наталья, весьма красивая молодая женщина немного за тридцать пять, и риэлтор, энергичный мужчина неопределенного возраста.

Они осматривают квартиру, прохаживаясь по большой комнате. Наталья заглядывает в кухню и комнатки.


РИЭЛТОР. Вы посмотрите, какая шикарная квартира! Просторная, тихая, уютная. Большие комнаты, широкие окна, толстые стены. Кстати, окна выходят в зеленый дворик - весь день тишина. Потолки немного низкие, но вам ведь не в волейбол здесь играть! Сделаете евроремонт, и в этой квартире не то, что жить, иностранцев можно будет принимать. Ей-богу, не стыдно!


Но Вадим и Наталья осматривает квартиру с явным презрением на лице.


ВАДИМ. Скажите, здесь действительно жили люди?

РИЭЛТОР. Конечно. А вы думали, кто?

ВАДИМ. Да нет, я просто спросил…

РИЭЛТОР. А что, вам не нравится эта квартира?

ВАДИМ. Почему, нравится! Очень хорошая квартира, но какая-то маленькая. У вас побольше нет? Ну, хотя бы метров сто!

РИЭЛТОР. Вы же сами просили в пятиэтажке!

ВАДИМ (обреченно). Просил… просто мне нужно в пятиэтажке.

НАТАЛЬЯ. Но хотелось бы квартиру побольше. Стоимость не имеет значения.

РИЭЛТОР. К сожалению, во всех пятиэтажках все квартиры одинаковые. Трешка - самая большая. Хотите, могу показать двухкомнатную или однокомнатную?

ВАДИМ. Нет, спасибо. Меня устраивает эта.

РИЭЛТОР. Правда, устраивает?

ВАДИМ. Да, а что? Хорошая квартирка! Просто отличная!

РИЭЛТОР. По вашему лицу не скажешь, что она вам понравилась. Мне кажется, вы недовольны.

ВАДИМ (натянуто улыбается). Почему же! Доволен, очень доволен. Давно мечтал о такой квартирке.

НАТАЛЬЯ. (хмуро) А я нет! Я давно мечтаю о трехэтажном особняке, и такая сильная была мечта, что я даже пожила в нем какое-то время.

РИЭЛТОР. А-а, понятно! Вы покупаете эту квартиру, чтобы кому-то подарить, и хотите, чтобы была приличная квартира, но подешевле. Я угадал?

ВАДИМ. Нет, не угадали. Мы покупаем ее для себя.

РИЭЛТОР. Понял! Все понял! (подмигивает) Вам нужна квартирка для развлечений, любовных утех и всего прочего. Так?

ВАДИМ. Опять не угадали. Эта квартира нам нужна для того, чтобы в ней жить.

РИЭЛТОР (в крайнем удивлении). И вы будете здесь жить всей семьей?

ВАДИМ. Да, именно так! Я, жена и дочка. Нам втроем здесь будет очень хорошо.

РИЭЛТОР (вздыхает). Как я вам сочувствую!

ВАДИМ. Почему сочувствуете?

РИЭЛТОР. Вы же человек с огромными средствами! Банкир солидного банка. Да вам по вашему статусу в особняке надо жить! Вы что, не можете купить себе квартиру в элитном доме? Там такие хоромы! Одна гостиная, как вся эта квартира!

ВАДИМ. А мне нравится эта! Такая небольшая, тихая, уютная квартирка. Я люблю уют. И вообще, я человек скромный. Не люблю роскоши.

РИЭЛТОР (возмущенно). Да в этой квартире нельзя жить! Понимаете вы или нет?

ВАДИМ. Почему нельзя?

РИЭЛТОР. Да это не квартира! Это камера! Понимаете? Камера предваритель-ного заключения! В комнатах не развернуться, кухня рассчитана только на одного человека, а в санузел надо входить на ощупь. Иначе ударишься плечом о трубу, бедром о раковину и коленом об унитаз. Что в этой квартире хорошо сделать, так это удавиться от тоски!

ВАДИМ. Не скажите! Миллионы людей живут в таких квартирах и ничего. Проживают всю жизнь, женятся, рожают детей, дети рожают внуков, внуки правнуков и так далее. И никто не жалуется. Все живут и добра наживают.

РИЭЛТОР. Да вы посмотрите на нее трезвыми глазами! Эти ужасные потолки - два двадцать. Эти тесные клетушки - два на три метра. Эта крошечная кухню, куда можно зайти только боком. Это же настоящий кошмар!

НАТАЛЬЯ. Совершенно с вами согласна. Кошмар и больше ничего!

ВАДИМ. Послушайте! Я что-то не пойму… Вы что, не хотите мне ее продавать?

РИЭЛТОР (пожимает плечами). Да нет, почему не хочу? Хочу!

ВАДИМ. Но у меня создается впечатление, что вы отговариваете меня от покупки.

РИЭЛТОР. Нет, что вы! Если хотите, покупайте! Мне все равно, какую квартиру вы себе подберете. Желание клиента – закон! Но на вашем месте…

ВАДИМ. Когда будете на моем месте, подберете себе что-нибудь получше. А я покупаю эту квартиру.

РИЭЛТОР (вздыхает). У богатых, конечно, свои причуды, а у очень богатых… (незаметно крутит пальцем у виска)

НАТАЛЬЯ. Мы еще подумаем, ладно?

РИЭЛТОР. Думайте, сколько хотите! Вот ключи от двери. А я пошел! Меня другой клиент ждет.


Он отдает связку ключей Вадиму и выходит. Как только они остаются одни, Наталья набрасывается на мужа.


НАТАЛЬЯ. Не понимаю, зачем нам квартира в пятиэтажке, если у нас есть трехэтажный особняк!?

ВАДИМ. Особняк надо срочно продать! Я уже нашел покупателя. И чтоб ни одна посторонняя душа не узнала, что этот особняк был наш.

НАТАЛЬЯ. Что за конспирация? Ты что, хочешь драпать на запад?

ВАДИМ. Я же тебе все объяснил, Наташа! У нас в банке пропадала крупная сумма. Очень крупная. Не буду говорить какая, чтобы тебе не стало плохо. Никто не может понять, куда делись деньги.

НАТАЛЬЯ. Ну и что? У нас во всех банках пропадают деньги. В министерствах пропадают! В комитетах пропадают! В фондах пропадают! И никто не устраивает паники! Все относятся к этому, как к абсолютно нормальному явлению.

ВАДИМ. Я тоже не устраиваю! Но надо подстраховаться. Нашим банком уже занялась прокуратура. Они будут проверять личное имущество руководства. Они хотят узнать наши расходы, чтобы определить наши левые доходы.

НАТАЛЬЯ. Но мы-то тут при чем? Ты же к этим деньгам не имеешь отношения!

ВАДИМ. Мне тоже казалось, что не имею. Но когда президент банка все объяснил мне на пальцах без посторонних, я понял, что имею и еще какое.

НАТАЛЬЯ. Ну и чего ты так испугался? Подумаешь, прокурорская проверка! Первый раз, что ли?

ВАДИМ. Раньше была показуха. Эти времена прошли. Теперь если проверяют банк, его чистят сверху донизу. И никакими взятками не откупишься. Сейчас и олигарха могут спокойно упрятать за решетку.

НАТАЛЬЯ. Я не пойму, ты говоришь серьезно или шутишь?

ВАДИМ. Какие шутки! Это приказ президента банка. Если я не перееду жить в пятиэтажку, то окажусь под следствием. Следователи посчитают стоимость моего имущества, отнимут все, что я заработал по белому, и в остатке получиться пять лет срока.

НАТАЛЬЯ. Господи, почему мы должны так страдать из-за каких-то следователей!?

ВАДИМ. Не страдать, а потерпеть. Можно потерпеть две-три недели или нет? Через две недели проверка закончится, и мы купим другой особняк. Еще лучше прежнего!

НАТАЛЬЯ. Ты предлагаешь мне отсидеть пятнадцать суток в этом карцере? За какое преступление? Чем я-то провинилась?

ВАДИМ. Ты ничем не провинилась, Наташа! Но ты можешь раз в жизни ради меня пойти на уступку? И потом, это хорошая квартира в тихом, зеленом месте. Она совсем не похожа на карцер.

НАТАЛЬЯ. Да здесь все квартиры похожи на карцеры. Хоть трехкомнатные, хоть нет.

ВАДИМ (кричит). Ты ошибаешься! Миллионы людей живут в пятиэтажках и не жалуются! Они довольны, что у них есть крыша над головой! Радуются, что могут общаться с соседями! Они не чувствуют себя одинокими! Гораздо лучше жить на третьем этаже в зеленом дворе, чем на пятнадцатом рядом с какой-нибудь магистралью.

НАТАЛЬЯ. Почему ты на меня кричишь?


Вадим машет рукой, отходит к окну и молча смотрит на улицу. Наталья еще раз проходит по комнате, осматривает ее и огорчается еще больше.


НАТАЛЬЯ. А нельзя сделать так, чтобы ты переехал сюда, в пятиэтажку, а мы с дочкой остались в особняке?

ВАДИМ (поворачивается). Я же тебе сказал - никто не должен знать, что я имею отношение к этому особняку. Если узнают, что там живет моя семья, всей конспирации конец.

НАТАЛЬЯ. Ладно, я согласна! Ради твоей свободы я могу вытерпеть эти нечеловеческие условия. Но учти, живем тут две недели и ни днем больше!

ВАДИМ (пожимает плечами). Я пока не знаю… может быть, проверка двумя неделями не ограничится. И нам придется жить здесь месяц, два, три…


Глаза Натальи расширяются от ужаса, и она падает в обморок. Вадим едва успевает подхватить ее на руки.


Картина 2. День


Квартира в пятиэтажке. Большая комната заставлена всевозможными коробками, заклеенными скотчем. За окном светло.

Мимо настежь открытой входной двери проходят женщина среднего возраста, старшая по дому Арнаутова, и сосед Ломакин, мужчина предпенсионного возраста. Они заглядывают в дверь, шагают в прихожую.


АРНАУТОВА. Смотри-ка, богатый человек к нам переехал! Такую шикарную мебель разгружают! Это кто ж такой? Арабский шейх?

ЛОМАКИН. Какой шейх? Шейхов давно нет. Олигарх какой-то! Вон он по лестнице ходит. Во ряху наел! И чего ему тут надо?

АРНАУТОВА. Жить здесь будет! Ему наш дом образцового содержания очень понравился.

ЛОМАКИН. Если ему что и понравилось, так это вкладывать бабки в недвижимость. Теперь будет все наши квартиры скупать, а нас на улицу. Понятно! Скоро все побираться пойдем.

АРНАУТОВА. Да что такое говоришь, Виктор! У меня трое детей.

ЛОМАКИН. С детьми по поездам лучше всего ходить. Больше подадут.

АРНАУТОВА. Балабол!

ЛОМАКИН. Чего - балабол! Говорю тебе, скупит все квартиры в подъезде, разместит на первом этаже охрану, на втором - прислугу, а сам будет жить наверху. Это только начало!


В квартиру входят Наталья и Вадим.

Ломакин и Арнаутова отходят в сторону.


НАТАЛЬЯ. Ну вот, приехали! Кресла не влезают в дверь! А кровать застряла на лестнице. Грузчики не могут ее развернуть на площадке. Говорила тебе, Вадим, здесь жить невозможно!

ВАДИМ (невозмутимо). Не волнуйся, Наташа! Кресло можно разобрать! Кровать тоже.

НАТАЛЬЯ. Кресло вообще не разбирается! А кровать торчит поперек лестницы между перилами. Уже не разберешь!

ЛОМАКИН. Дайте на пузырь, разберу в момент.

НАТАЛЬЯ. А вы кто? Я вам не доверяю.

ЛОМАКИН. Сосед ваш из квартиры рядом! (показывает на стену рядом с дверью) Помогу по-соседски. Надо разобрать что или сломать, зовите меня!

АРНАУТОВА. Да, у него золотые руки! Если что возьмется отремонтировать, потом сразу можно выбрасывать. Позвала как-то утюг починить! Мало того, что мне его на ногу уронил, так чуть пожар не устроил.

ЛОМАКИН. Я же тебе не мастер какой-нибудь зачуханый, я - директор спортбазы, хотя и бывший.

АРНАТУТОВА. Какой ты директор! Тебя выперли с треском и чуть не посадили.

ЛОМАКИН (смущенно опускает голову). Мало ли чего в нашей жизни бывает! Зачем об этом всем рассказывать?

НАТАЛЬЯ. Ничего мы разбирать не будем! Все должно быть в целости и сохранности!


В квартиру входит бригадир грузчиков.


БРИГАДИР. Попробуем протащить кровать через балкон. У нас лебедка есть. Только сначала ее надо обратно на улицу вытащить.

НАТАЛЬЯ. Так вытаскивайте!

БРИГАДИР. Так застряла! Ни туда, ни сюда! Ни вверх не идет, ни вниз! Чего с ней делать?

ВАДИМ. Как же вы ее на первый этаж запихнули?

БРИГАДИР. А черт ее знает! Сначала вроде пошла, а теперь встала. Лестница слишком узкая! Надо стену разбирать!

ЛОМАКИН. Может, проще кровать сломать, чтоб не мучатся?

БРИГАДИР (оборачивается, внимательно смотрит на него). Мужик, тебе чего здесь надо? Иди отсюда, не мешай работать!

ЛОМАКИН. Интересуюсь, когда начнете дом разбирать? Сейчас или в понедельник? Может, дадите жильцам выехать?

АРНАУТОВА. Мы сейчас полицию вызовем! Разбирать они собрались! Мы вас сейчас сами разберем по косточкам. Я вам, как старшая по дому, даже окно открыть без разрешения домового комитета не позволю!

БРИГАДИР. А мы и спрашивать не будем! Надо, и откроем!

ЛОМАКИН. Я сейчас в прокуратуру позвоню. Приедут, сразу дело откроют.

ВАДИМ (начинает волноваться). Успокойтесь, граждане! Только не надо никакой прокуратуры! Ничего мы разбирать не будем. Сейчас они кровать вытащат! (бригадиру) Так, командир, плачу каждому по сотне баксов, и чтобы кровать через пять минут стояла на улице.

БРИГАДИР. Да хоть по тысяче! Как мы ее вытащим, если она застряла. Надо ломать!

НАТАЛЬЯ. Что, стену?

БРИГАДИР. Нет, кровать!

НАТАЛЬЯ. Да вы что, она десять тысяч долларов стоит! Лучше стену выломать!

БРИГАДИР. Платите, выломаем…

ЛОМАКИН (замахивается кулаком). Я тебе сейчас бесплатно все зубы выломаю. Все, парень, звони стоматологу!


Бригадир тоже изготовляется к драке.


ВАДИМ (разнимает их). Граждане, успокойтесь! Не надо крови! (примирительно) Идите по своим квартирам, попейте чайку. Мы сейчас все быстренько сделаем! Через полчаса ничего здесь не будет.

АРНАУТОВА. Как мы пойдем, если лестницу кроватью перегородили? Да еще надо стену охранять! Вдруг выломают!


Мимо открытой двери проходит мужчина среднего возраста в очках и с чемоданом в руке. Это Погорелов, большой ученый. Он проходит вниз, затем возвращается.


ПОГОРЕЛОВ. Что это за переселение народов? Немедленно освободите лестницу! Мне надо выйти из дома! Я опаздываю на самолет!

БРИГАДИР. Придется обождать, папаша! Пока мы кровать не вынесем, прохода не будет. Так что самолет улетит без вас.

ПОГОРЕЛОВ. Как это без меня? Мне сегодня надо быть в Новосибирске. Если я не попаду на этот самолет, то опоздаю на научную конференцию, посвященную проблемам выживаемости людей в условиях тайги.

НАТАЛЬЯ. А проблемы выживаемости людей в условиях города, что, изучать не надо?

ПОГОРЕЛОВ. Эти проблемы изучать бесполезно. Практика полностью опровергает теорию. По теории человек вообще не может жить в городских условиях.

ЛОМАКИН. Ну, мы же как-то живем! И ничего…

ПОГОРЕЛОВ. Мы не живем, а существуем.

ВАДИМ. И чем вам тут жить не нравится?

ПОГОРЕЛОВ. Как это чем? Отравленным воздухом нельзя дышать, ржавую воду нельзя пить, от грохота автомобилей можно сойти с ума, теснота убивает стремление к улучшению вида. В таких условиях живой организм погибает!

НАТАЛЬЯ. А человек размножается.

ПОГОРЕЛОВ. Как объяснить это с научной точки зрения, непонятно… (задумывается) Постойте, а ведь я куда-то торопился? Вы меня отвлекли своими расспросами.

ВАДИМ. На самолет.

ПОГОРЕЛОВ. Да, точно! У меня же самолет! Мне надо срочно лететь! (задумывается) А куда?

ВАДИМ. В Новосибирск.

ПОГОРЕЛОВ (недоуменно). В Новосибирск? А зачем?

ЛОМАКИН. Там у вас какие-то научные разборки.

ПОГОРЕЛОВ. Вспомнил! (хлопает себя по лбу) Там же какая-то конференция! Дайте мне пройти! Я тороплюсь. Уберите кровать с дороги! Мне надо срочно в аэропорт! Я буду жаловаться вашему начальству!

БРИГАДИР (Вадиму) Так что, даете каждому по сотне баксов?

ВАДИМ. Я же обещал!

БРИГАДИР. Может, дадите по две? А то уж больно кровать здоровенная!

НАТАЛЬЯ (возмущенно) А по три вам не надо?

БРИГАДИР. Не хотите, как хотите! Можем вообще уехать!

ВАДИМ. Хорошо, вот вам по две сотне! Но чтоб кровать…


Вадим дает ему несколько зеленых купюр. Бригадир торопливо сует их в карман.


БРИГАДИР. Ну вот, дело пошло! Щас в момент вытащим эту деревяшку на улицу. Делов на копейку, а крику, крику!


Бригадир выходит из квартиры. Снизу слышны его крики.


БРИГАДИР (за сценой) Давай, заноси туда! Мать твою, ты че встал, опускай! А ты давай тяни сюда, сукин кот! Дружно, хором, ставим! Вот так! Все, выносим!


Бригадир заходит обратно, отдувается.


БРИГАДИР. Ну вот и все! А вы боялись! Дом цел, кровать тоже. Главное, вовремя обеспечить финансирование и направить процесс в нужное русло.

ВАДИМ. Что бы мы без вас делали! Может, пойдете к нам на работу? Правда, у нас никого заставлять не надо и никто не сачкует.

БРИГАДИР. Мы тоже не сачкуем. Просто мелкие технические неувязки.

ВАДИМ. Ваши мелкие неувязки превращаются в большие проблемы. Заносите остальные вещи!

ЛОМАКИН. Пойду, проконтролирую процесс! А то ведь растащат!


Бригадир и Ломакин уходят.


НАТАЛЬЯ. Ну и что теперь делать с кроватью? Оставляем ее на улице? Поставим плиту, холодильник. И будем жить под окнами. Пускай все на нас смотрят и видят, до чего мы докатились!

АРНАУТОВА. Мы не позволим вам жить возле дома. Это общественная территория.

НАТАЛЬЯ. Так она у вас все равно заставлена машинами. Значит, нам тоже полагается место для машины. И вместо нее мы можем поставить шалаш и жить в нем.

АРНАУТОВА. Машина – двигатель прогресса, а шалаш – отстойный реликт. И поскольку у нас дом образцового содержания…

НАТАЛЬЯ. Зато шалаш не отравляет воздух, как ваш двигатель прогресса! Ржавой вонючей железякой место занимать можно, а экологически чистым шалашом нельзя?

АРНАУТОВА. Пишите заявление на шалаш. Будем рассматривать. Если члены комитета проголосуют против, шалаша вам не видать! (уходит)

ВАДИМ. Все, никаких комитетов! Отвозим всю мебель обратно в особняк. И кресла тоже. Новый хозяин, думаю, не будет против, а только обрадуется.

НАТАЛЬЯ. И на чем мы будем спать? На нарах?

ВАДИМ. Купим раскладушки. Проще и дешевле. Так что стену ломать не придется!

НАТАЛЬЯ. Надо хотя бы все вещи в квартиру перенести!

ВАДИМ (осматривает комнату). Тут все не поместятся! Оставим только самое необходимое на первое время.

НАТАЛЬЯ. На первые пятнадцать суток?




следующая страница >>