bigpo.ru
добавить свой файл
1

ДИСКУССИОННЫЕ ВОПРОСЫ АНТРОПОГЕНЕЗА*


А.А. Зубов

«Человек» — 1997 № 1


Сложившиеся к середине нашего столетия представления об эволюции гоминид1 и человека претерпевают в настоящее время серьезные изменения в связи со множеством новых палеоантропологических находок. Эти находки, значительно обогатив наши знания в этой области, породили, однако, неожиданные затруднения с интерпретацией как вновь полученных, так и прежних материалов. В результате в этом разделе антропологии вопросов стало больше, чем ответов, и чуть ли не все проблемы превратились в дискуссионные2. Вот некоторые из основных моментов этих затянувшихся и до сих пор далеких от разрешения споров.

Последовательность эволюционных стадий, принятая казавшейся ранее стройной и хорошо обоснованной стадиальной теорией, теперь осложняется фактами длительного сосуществования таксонов разных уровней. Оказалось, что многие находки были неверно датированы, а краниологические комплексы ископаемых гоминид далеко не так жестко, как считалось ранее, коррелируют с формами сопровождающей их каменной индустрии. Обозначились противоречия по поводу времени возникновения семейства гоминид, реальности древнейшего таксона рода Homo, азиатского и африканского центров гоминизации. Вопрос о датировании момента, когда ветвь гоминид отделилась от общего гоминоидного «ствола» эволюции, согласован лишь в том Академии Информатики.отношении, что это событие совершилось гораздо позже, чем считалось прежде. Однако диапазон оценок времени дивергенции весьма велик: от 2,7 до 8 млн. лет. Остальные датировки в основном располагаются между этими двумя крайними вариантами, причем чаще приводятся значения порядка 5—6 млн. лет.

Авторы — генетики, отстаивающие особенно поздние даты отделения гоминидной ветви, отдают себе отчет в том, что результаты их исследований противоречат палеоантропологическим материалам, и это вынуждает их идти на радикальный пересмотр теории эволюции гоминоидов конца миоцена и начала плейстоцена3. Предполагается, например, что не двуногие формы произошли от четвероногих, а наоборот, человекообразные обезьяны — предки шимпанзе и гориллы — были потомками двуногих, прямоходящих гоминид, в частности афарского австралопитека, возникшего 6 млн. лет назад. Наиболее адекватной датировкой момента разделения ветвей гоминид и африканских антропоидов, согласующейся со всеми существующими данными, представляется период между 6 и 8 млн. лет до современности.

Начало рода Homo


На данном уровне знаний, при данном объеме накопленной информации невозможно выявить предковую ветвь гоминид на видовом и даже пока на родовом уровне. Пожалуй, с достаточной уверенностью и некоторыми оговорками можно только сказать, что прародителями гоминид были высшие миоценовые приматы, обладавшие морфологическими параметрами, близкими к генерализованным характеристикам гоминоидов «руга рамапитеков».

Потомками этих высших приматов были первые прямоходящие существа — австралопитековые — ранние представители семейства гоминид. И. Коппенс, например, считает выделение этого семейства более значительным событием в эволюции живого мира, чем возникновение рода Homo. Такое мнение подкрепляется новыми фактами: в частности, находкой искусственно обработанных примитивных каменных орудий в слоях, предшествующих во времени появлению первых Homo. Орудия, древность которых превышает 2,7 млн. лет, найденные в Эфиопии, возможно, были изготовлены руками австралопитеков. Если эти факты подтвердятся, они могут сильно изменить наши взгляды на эволюцию человека.

Первыми бесспорными гоминидами, по мнению большинства современных антропологов, были так называемые афарские австралопитеки — наиболее древние и примитивные представители своего рода — названные так по месту находки в Афарском Треугольнике в Эфиопии. К этому виду специалисты относят, кстати, широко известную «Люси» (впервые найденный полный скелет древнейшего представителя австралопитековых). Большинство исследователей видит в этом таксоне общих предков рода Homo, а также поздних австралопитеков — так называемых «грацильных» и «массивных».

Род Homo теперь обычно ведут либо непосредственно от афарского австралопитека, либо от австралопитека грацильного. Как видно из литературы, по-видимому, окончательно восторжествует точка зрения, согласно которой ветвь эволюции, приведшая к человеку, непосредственно связывается с австралопитеком афарским. Некоторые авторитетные исследователи уже сейчас считают преемственность между этим древнейшим видом австралопитека и родом Homo достоверно доказанным фактом4.

Первым человеком на земле, первым представителем рода Homo, по мнению многих антропологов, был Homo habilis. Например, известный английский антрополог П. Эндрьюс прямо называет Homo habilis «первым достоверным человеком»5. Во всяком случае, самые ранние представители рода Homo по своим морфофизиологическим параметрам несомненно должны были пройти эволюционную стадию, аналогичную Homo habilis. И все же попытки идентифицировать конкретные находки с теоретически предсказуемым исходным таксоном рода Homo оказались делом далеко не простым. Достаточно сказать, что, в сущности, не решен даже вопрос о реальности выделенного вида Homo habilis.

Многие данные заставляют сомневаться в принадлежности основных находок, относимых к Homo habilis, к единому виду. Скажем, слишком большая разница в длине тела скелетных остатков гипотетических хабилисов (109—152 см, а отдельные индивидуумы еще ниже), вариации в размерах мозга и др. По-видимому, часть находок, причисляемых к Homo habilis, все же дает основание для выделения этого таксона и утверждения его в качестве первого исходного вида человеческого рода. Спорные детали будут, очевидно, проясняться по мере накопления нового материала.

По современным данным, первая популяция человеческих существ появилась на земле 2—2,5 млн. лет назад. Иногда называются более ранние даты, но они пока не встречают всеобщего признания в науке. Что же касается места появления, то спор между сторонниками африканской и азиатской гипотез прародины человечества имеет давнюю историю.

На данный момент факты обязывают признать более обоснованной африканскую гипотезу не только в силу обилия и разнообразия соответствующих находок, но и в силу перспективности таких таксонов, как афарский австралопитек и Homo habilis, для построения убедительных «цепей преемственности» среди всего многообразия форм гоминид плиоплейстоценового времени. Именно в Африке хорошо прослеживается не только переход от гоминид типа афарского австралопитека к Homo habilis, но и переход от последнего к эволюционно более прогрессивной форме — Homo erectus. Ряд известных находок «африканских питекантропов» увенчало сенсационное открытие в 1983 году в Нариокотоме, на западном берегу озера Туркана в Кении, полного скелета 12-летнего Homo erectus, древность которого, согласно вполне надежной датировке, равняется 1,6 млн. лет6

В споре между приверженцами африканской и азиатской гипотез прародины человека сравнительная древность Homo erectus — практически первых сформировавшихся в полной мере представителей рода Homo — имеет весьма важное значение. Древнейший азиатский представитель Homo erectus — моджокертский питекантроп — долгое время считался едва ли не первым человеком на земле: его относили к периоду, отстоящему от наших дней на 1,9 млн. лет. Однако американские антропологи Дж. Поуп и Дж. Кронин, основательно проверив датировки ранних азиатских гоминид, пришли к выводу, что их древность колеблется в пределах 1,3—0,1 млн. лет до нашего времени7.

Вокруг датировок азиатских питекантропов разгорелась острая борьба. До последнего времени делаются попытки «удревнить» азиатские находки чуть ли не до 2 млн. лет. Но при всех оговорках очень трудно поставить под сомнение «приоритет» Африки в отношении истоков рода Homo, поскольку в Азии нет аналогов таких принципиально важных звеньев, как австралопитеки и Homo habilis.

Расселение Homo


В данной работе изложение эволюционной истории рода Homo базируется, в основном, на гипотезе (по мнению автора более достоверной) происхождения первых людей от африканского австралопитека афарского 2—2,5 млн. лет назад. Это положение, принятое за отправную точку, влечет за собой необходимость постулировать африканское происхождение азиатских Homo erectus и, значит, очень раннюю миграционную волну их предков из Африки в Азию. Надо сказать, что действительно появляются некоторые дополнительные данные о реальности древнейшей волны миграции человеческих популяций из Африки на восток в нижнем палеолите.

Несмотря на ряд неясностей и противоречий в рассматриваемом разделе теории антропогенеза, бесспорно одно: в результате афроазиатских миграций возникло два основных центра эволюции рода Homo — западный и восточный, в результате чего разделенные огромным расстоянием популяции Homo erectus положили начало параллельным линиям гоминизации, в определенные периоды времени развиваясь в изоляции друг от друга. Из такого заключения, основанного на достаточно проверенных фактах, следует вместе с тем множество вопросов, ответы на которые практически не найдены до сих пор.

То, что Homo erectus как вид был предком современного человека, почти ни у кого не вызывает сомнений, но если эволюционных ветвей Homo erectus по крайней мере две, то какая из них (или обе вместе) привела к Homo sapiens sapiens? Этот вопрос тесно связан с давним, поныне не прекращающимся спором между так называемыми моноцентристами (в зарубежной литературе — «migrationists», «replacement») и полицентристами (в зарубежной литературе — «evolutionists», «multiregional evolution»), т.е. сторонниками гипотез возникновения современных рас человека из единого центра эволюции древних гоминид либо из разных, независимых центров.

Антропологи-моноцентристы полагают, что одна из ветвей (или часть ветвей, если их было несколько) совсем не дала потомков на уровне Homo sapiens. При этом существуют диаметрально противоположные суждения относительно того, какой именно эволюционный очаг оказался более продуктивным для развития. Некоторый свет на эту сложную ситуацию может пролить анализ поздних этапов гоминизации.

Более прогрессивная и более поздняя по сравнению с Homo erectus эволюционная ветвь неандертальского человека изобилует загадками, пока также далекими от разрешения. Много неясного остается в вопросе о том, кто был предком и кто потомком неандертальцев. С этим тесно связана ранняя история Homo sapiens, так как современная систематика гоминид включает неандертальца в состав вида Человек разумный в качестве одного из подвидов (Homo sapiens neanderthalensis).

Еще в 50-х годах антропологи разных стран высказывали сомнения относительно того, был ли неандерталец предком современного человека. На этот счет по-прежнему существуют противоположные точки зрения, хотя большинство ученых отрицают роль неандертальца в формировании современного человечества. Имеется также компромиссная точка зрения: какая-то часть неандертальцев внесла свой вклад в генофонд Homo sapiens sapiens, в то время как другие неандертальские популяции, в частности «классические европейские» формы, были тупиковыми и не приняли участия в более поздних этапах сапиентации. Французская исследовательница Д. Ферембах считает, что в некоторых регионах, например в Передней Азии, неандертальцы могли дать начало людям современного физического типа, но в Европе и Северной Африке Homo sapiens sapiens произошел непосредственно от прогрессивных Homo erectus, минуя неандертальскую стадию8. В целом о неандертальцах теперь говорят скорее не как о необходимой эволюционной фазе, а как об отдельной, самостоятельной ветви развития в пределах вида Homo sapiens.

Неандертальцы — в основном европейская форма ископаемого человека. Существует мнение, что и на Ближнем Востоке они были потомками мигрантов из Европы. Неандертальский таксой можно скорее рассматривать как расу Homo sapiens, которая, по новейшим данным, не уступала человеку современного анатомического типа. Логично предположить, что в Европе неандертальский человек произошел от более древних популяций гоминид, существовавших на той же территории 300—400 тыс. лет назад и ранее. В настоящее время по отношению к последним оформился термин «пренеандертальцы», хотя по-прежнему встречается и наименование «прогрессивные архантропы», а также тенденция относить эти древние находки переходного типа то к неандертальцам, то к Homo erectus.

Существует достаточно обоснованное мнение, что предки европейских пренеандертальцев проникли в Европу из Африки через Гибралтар и генетически связаны с некоторыми североафриканскими формами. Вероятно, это была «первая волна» миграций из Африки в Европу (вторая прошла позже через Переднюю Азию). Можно добавить, что весьма существенными аргументами в пользу гипотезы африканского происхождения европейских пренеандертальцев располагает одонтология (изучающая строение зубов)9. Хотя, опять же, у неандертальцев Европы встречаются маркирующие особенности как западного, так и восточного центров эволюции человека, что может быть следствием двух миграций — из Африки и из Азии. Во всяком случае, одонтологические данные свидетельствуют о метисном генофонде европейских неандертальцев и дают хотя бы приблизительное представление о предках последних. Не менее важен вопрос и об их потомках.

Представители подвида Homo sapiens sapiens, к которому принадлежит все современное человечество, появляются в Европе, по данным палеоантропологии, примерно 35—40 тыс. лет назад. Прежде в науке именно эти даты фигурировали как время возникновения современного подвида человека. В этот период в Европе повсеместно происходит быстрое вытеснение каменной индустрии типа шательперрон и замена ее на более совершенную ориньякскую форму10. Возникают искусство, религия, родоплеменной строй, резко обогащается духовная жизнь. Происходит полный переворот всей жизнедеятельности человека, в огромной степени возрастает миграционная активность. В чем причина столь серьезных изменений? Мутация, приведшая к формированию нового подвида, или вторжение человека современного типа откуда-то извне?

Антропологи констатируют существование в Европе в тот период трех вариантов ископаемых людей: неандертальцев, людей современного анатомического типа и промежуточных форм. Это свидетельствует либо об эволюционной трансформации в пределах региона, либо о метисации с пришедшими «извне» мигрантами. Антропологи разделились на сторонников либо первой, либо второй гипотезы. (Есть, правда, еще и третья точка зрения — полное истребление неандертальцев пришельцами, но она не выдерживает критики в силу наличия промежуточных ископаемых форм.)

В пользу гипотезы метисации говорит стремительность событий. В период с 31 до 36 тысячелетия до наших дней (время очень незначительное с точки зрения эволюции) в сравнительно небольшом регионе, на территории нынешних Германии и Франции, присутствовали все три упомянутые формы. Для трансформации такого времени явно недостаточно. Вообще, картина, которая складывается по ископаемым находкам, больше всего напоминает временной «срез» в ходе метисации.

В данной работе автор в основном придерживается такой гипотезы: миграция человека современного типа в Европу из Африки и Азии примерно 40 тыс. лет назад и ассимиляция им неандертальского коренного населения. Один из важных аргументов в пользу данной точки зрения — накопление фактов о значительной древности внеевропейского Homo sapiens при практически полном отсутствии в Европе находок останков человека современного типа древностью более 40 тыс. лет.

В настоящее время в руках антропологов имеются уже достаточно достоверные доказательства того, что человек современного физического типа появился не 40 тыс. лет назад (как думали в 50—х годах), а намного раньше, притом не в Европе. Одно из них, весьма важное, — результат пересмотра датировки черепа Кафзех-6 (Израиль), имеющего практически сложившийся современный морфологический облик. Этот череп поразил исследователей своей необычайной древностью —92 тыс. лет. Проверка методом электронно-спинового резонанса дала еще более внушительную цифру — 115 тыс. лет11.

Это еще не означает, что прародиной человека современного подвида была Азия. Все больше данных свидетельствуют о том, что следы первого человека современного типа, как и следы самого первого человека, опять-таки ведут в Африку. Древность найденного в Танзании черепа Летоли—18 оказалась равной 120 тыс. лет при достаточно сложившемся современном комплексе черт. Свыше 100 тыс. лет насчитывают многие африканские стоянки Homo sapiens sapiens. Словом, процесс сапиентации в анатомическом смысле завершился в Африке на несколько десятков тысячелетий раньше, чем в Европе.

Поэтому вполне убедительной представляется так называемая «афроевропейская гипотеза» немецкого антрополога Г. Бройера12, согласно которой современный человек возник в Африке, южнее Сахары, более 100 тыс. лет назад, мигрировал в Переднюю Азию, а оттуда в Европу (примерно 35—40 тыс. лет назад), где ассимилировал местных неандертальцев. Кстати, Г. Бройер, как и автор этой статьи, склоняется к мысли, что в процессе ассимиляции имела место метисация между неандертальцами и мигрантами. Таким образом, вклад неандертальцев в генофонд европейского населения, относящегося уже к подвиду Homo sapiens sapiens, по-видимому, в целом незначителен, хотя метисация в ограниченном масштабе несомненно имела место.

Вероятно, смешение неандертальцев с людьми современного физического типа происходило и в Передней Азии (что уже давно предполагали некоторые антропологи), но не очень интенсивно, о чем свидетельствуют находки черепов классических неандертальцев, притом весьма поздних (46 тыс. лет), в близком соседстве с упоминавшимися древнейшими останками человека современного типа.

Таким образом, в этом регионе в течение по крайней мере 50 тыс. лет сосуществовали два разных подвида Homo sapiens, причем каждый сохранял достаточно хорошо выраженный облик своего таксона, хотя метисация могла происходить и, конечно, происходила, но в относительно малом масштабе. Трудно сказать, что мешало более широкому процессу смешения. Биологического барьера не было, так как обе формы принадлежали к одному виду. Не было, вероятно, и культурного барьера: люди современного типа в течение десятков тысяч лет пользовались практически таким же мустьерским каменным инвентарем, какой изготавливали и употребляли неандертальцы. Остается загадкой, почему в течение столь длительного времени Homo sapiens sapiens не проявил каких-либо интеллектуальных и социальных преимуществ, которые поставили бы его выше неандертальца. Вернее всего, мутации, поднявшие человека современного облика над уровнем других древних гоминид, произошли намного позже завершения формирования внешних таксономически значимых структур черепа и касались, скорее всего, в основном тонких перестроек мозга.

Сосуществование различных таксонов рода Homo — факт, открытый сравнительно недавно и находящийся в противоречии с прежней стадиальной теорией, исходившей из постулата «одного вида» (т.е. одного вида гоминид в каждый конкретный период времени).

К числу новых достижений науки о происхождении человека относится также твердо установленный теперь факт отсутствия жесткой связи между типом каменного инвентаря и эволюционной стадией рода Homo. Это наглядно зафиксировано антропологами и археологами при раскопках в Сен-Сезар (Франция), где останки классического неандертальца были обнаружены вместе с орудиями верхнепалеолитического (шательперрон) типа13.

В изложенном выше варианте предполагается в основном моноцентристская трактовка происхождения Homo sapiens sapiens, соответствующая в главных чертах афроевропейской теории Г. Бройера: тип современного человека — общего предка всех рас — формировался в Африке 120—150 тыс. лет назад на базе местных древнейших гоминид. Достаточно много находок иллюстрируют разнообразие морфологических комбинаций, из которых мог выделиться анатомически современный комплекс. Особое внимание привлекает найденный в 1978 году в Олдовайском ущелье и основательно изученный только к началу текущего десятилетия весьма древний череп из Ндуту15 (от 200 до 400 тыс. лет), который наряду с чертами архаизма имеет ряд ярко выраженных сапиентных особенностей. Это еще один аргумент в пользу Африки как «колыбели Homo sapiens sapiens».

«Африканская Ева»


Гипотезу африканской прародины современного человека в своем варианте поддержали генетики. Американский исследователь А. Уилсон, совместно с коллегами из Калифорнийского университета, предложил гипотезу так называемой «Африканской Евы»: все современное человечество, по мнению этого автора, произошло от одной женщины, жившей в Африке, южнее Сахары, примерно 100—200 тыс. лет назад. Вывод базируется на анализе мирового распределения типов митохондриальной ДНК16. Предполагается, что Homo sapiens sapiens из африканского центра расселился по всей ойкумене, вытесняя все другие группы гоминид (без метисации). Гипотеза основана на серьезных статистических расчетах и, хотя в настоящее время достаточно резко критикуется, является несомненным вкладом в обоснование моноцентристской теории генезиса современных рас.

Ее слабое место, однако, — постулируемое А. Уилсоном «вытеснение без метисации». Вряд ли можно представить себе существование каких-то непроницаемых внешних барьеров, которые могли бы предотвратить смешение при контактах в периоды активных миграций. Кроме того, как отмечалось выше, палеоантропологические материалы свидетельствуют скорее в пользу метисации на самых различных уровнях эволюции гоминид. По-видимому, метисационные процессы затрагивали не только внутривидовые отношения Homo sapiens, но распространялись также и на Homo erectus. Об этом говорит разнообразие промежуточных комплексов, которые трудно объединить в строго очерченные внутривидовые таксоны.

Но даже если не считать эти промежуточные формы результатом смешения Homo erectus и Homo sapiens, сама по себе вариабельность признаков этих двух эволюционных стадий наводит на мысль об отсутствии таксономической, а следовательно, биологической обособленности разных групп гоминид.

Так что идея объединения всех представителей рода Homo в один вид представляется вполне разумной. Резонно предположить, что в течение всей эволюции рода Homo в его пределах постоянно происходил обмен генами между различными очагами формообразования, в частности, между двумя древними первичными центрами эволюции Homo erectus — западным и восточным.

Таким образом, судя по всему, имела место «сетевидная эволюция» как нечто присущее роду Homo, как следствие особенностей его бытия и развития. Поэтому гипотеза «Африканской Евы» представляется слишком односторонней: она не учитывает связей и взаимоотношений внутри многообразного, быстро развивающегося конгломерата групп, каким во все времена было человечество. Очевидно, ортодоксальная моноцентристская точка зрения, основа гипотезы А. Уилсона, также не отражает всей сложности процесса антропогенеза. В частности, она не объясняет факта существования морфологической преемственности между древними и современными типами человека, отмеченной, например, в Юго-Восточной Азии и Австралии.

Современные сторонники полицентризма отмечают несколько линий преемственности, связанных с различными древнейшими очагами расообразования. При этом, к сожалению, опять не учитывается фактор метисации, что, по нашему мнению, вряд ли отражает реальное положение вещей, хотя в целом нельзя не признать справедливости доводов полицентристов относительно последовательности форм в ряде регионов мира. По-видимому, формирование различных расовых групп современного человечества протекало не везде одинаково и в сильной степени зависело от интенсивности метисационных процессов.

В Европе и в большинстве районов Азии, где большие массы населения могли свободно перемещаться по обширным территориям с благоприятным климатом, богатым дичью, сложились оптимальные условия для постоянного генного обмена. В результате две самые большие современные расы —европеоидная и монголоидная (включая американоидную) — в полной мере приобрели характерные отличительные морфологические черты довольно поздно.

В других условиях формировалась австралоидная раса: генный обмен в этом регионе был ограничен в силу географических причин, во всяком случае, он был менее разнообразен в отношении генных сочетаний по сравнению с зонами микроэволюции европеоидов и монголоидов. Вероятно, поэтому выделилась более однородная, более «чистая» линия, в пределах которой основной исходный комплекс мог удерживаться в общих чертах очень долго, так что современный морфологический вариант сохранил многие древние черты. Разумеется, речь не идет о полной «чистоте» и независимости австралоидной линии на протяжении сотен тысяч лет: вероятность такой ситуации крайне мала.

Все сказанное об австралоидах в той же мере, если не в большей, относится к коренному населению Африки. После возникновения африканских популяций Homo sapiens sapiens вектор большинства миграций был направлен «вовне» — в сторону Европы и Азии. В пределы африканского континента поступало гораздо меньше инородных генов, чем их «поставляла» сама Африка в другие части Света. Генный обмен происходил в основном внутри африканского региона, что ограничивало общее разнообразие и, как в случае с австралийской расой, привело к консервации древних типов, сохранивших в процессе микроэволюции некоторые протоморфные черты.

Современный негроидный комплекс, причем в разных его вариантах, существовал, по-видимому, уже в верхнем палеолите. Генетики тоже констатируют необычайную устойчивость во времени генофонда современных африканских популяций. Так, американский исследователь Г. Дикон17 вычислил, что бушменскому генетическому комплексу уже по крайней мере 100 тыс. лет и, вероятно, он уходит корнями в еще более глубокую древность.

Наряду с негроидными типами в Северной Африке довольно рано (возможно, более 40 тыс. лет назад) начал складываться и первый протоевропеоидный, точнее — протокроманьоноидный вариант. И в Северной Африке и Передней Азии, по-видимому, сформировалась южная ветвь европеоидов задолго до возникновения нынешних антропологических типов Северной и Центральной Европы.

Различия во времени завершения формирования современных рас человека — лишь один из возможных подходов к оценке относительной древности расовых типов. Под термином «древность» можно подразумевать также время отделения эволюционной ветви каждого рассматриваемого типа от общего ствола. По мнению ортодоксальных полицентристов, современные расы имели разных предков на уровне неандертальца (если авторы считают его предком современного человека) или же Homo erectus. Тогда следовало бы приписать расовым комплексам (точнее, их эволюционным линиям) древность порядка сотен тысяч лет, если не более. Моноцентристы же утверждают, что все ныне живущие расы имели общего прародителя — Homo sapiens sapiens — 100—200 тыс. лет назад, и их дивергенция происходила позже этого времени.

Генетики-моноцентристы сходятся на том, что первой выделилась линия африканских негроидов, причем в качестве момента дивергенции называется максимум 92 тыс. лет, что на фоне данных других наук представляется правдоподобным. Нужно сказать, что оценка времени расхождения эволюционных линий в работах, выполненных на базе митохондриальной ДНК, варьирует в очень широких пределах (от 12 до 92 тыс. лет). Это можно объяснить как раз недоучетом метисации, оказывающей в таких случаях весьма сильное влияние на конечный результат.

Признание гипотезы сетевидной эволюции на всех этапах существования рода Homo в определенной степени снижает значение самой постановки вопроса о времени первичной дифференциации линий, ведущих к различным расам, если не считать проблем, связанных с древнейшим разобщением человечества на африканскую и азиатскую части. Сетевидная модель эволюции допускает, в основном, лишь дискуссию о соотношении сроков становления расовых и внутрирасовых таксонов в их современной форме, которую принято считать дефинитивной, завершенной на данный момент, хотя на деле это, конечно, означает лишь условную фиксацию наблюдаемого этапа развития.

Исходя из гипотезы «изначальной» сетевидной эволюции, мы как бы примиряем позиции моно- и полицентризма: основная масса современного человечества происходит от единого африканского предка Homo sapiens sapiens, но включает также гены потомков «восточного» Homo erectus. Тогда и полярные точки зрения о роли «западных» и «восточных» Homo erectus оказываются совместимыми. При этом, конечно, следует учитывать, что пропорции «восточных» и «западных» компонентов в генофонде разных рас неодинаковы: наиболее «чистый западный» вариант представлен негроидами Африки, наиболее «чистый восточный» — аборигенами Австралии. Самыми смешанными расами представляются европеоиды и монголоиды.

Таким образом, современное человечество — это единый политипический подвид рода Homo, вобравший в себя большую часть генетического разнообразия всего этого рода на протяжении его эволюции, дивергенции и метисационных процессов.

©1997 А.А. Зубов



* Работа выполнена при поддержке Российского фонда фундаментальных исследований. Грант Ns 96—06—80159.

1 Гоминиды — самое высокоорганизованное семейство человекообразных приматов, которое включает и человека, и его предшественников.

2 О проблемах в этой области с точки зрения представителя одной из зарубежных школ см. статью австралийского антрополога К.П. Гроувса «Происхождение современного человека» (Человек. №3.1996. С. 5—17).

3 Конец миоцена —примерно 9 млн.лет назад, начало плейстоцена —1,8 млн. лет.

4 Эволюционные взаимоотношения между различными ветвями ранних гоминид до конца не выяснены. Грацильных и массивных австралопитеков чаще всего относят к боковой ветви эволюции, которая 2—3 млн. лет назад отделилась от магистрального ствола рода Homo во время возникновения первого человека Homo habilis. Boaz N.T. Status of Australopithecus afarensis // Learb. Phys. Anthropol. 1988. V. 31. P. 85—113.

5 Andrews P. The descent of man // New Scientist. 1984. V. 102.N 1408. Р. 24—25.

6 Lewin R. Unexpected anatomy in Homo erectus // Science. 1984. V. 226. N 4674. Р. 300.

7 Pope G.Q., Cronin J.E. The asian Hominidae // Journal of Human evolution. 1984. V. 13. N5. P. 377—396.

8 Ferembach D. L'emergence du genre Homo et l`espece Homo sapiens. Les faits, les incertitudes // Biometrique humaine. 1979. V. 14. N 1—2. Р.11—17.

9 Зубов А.А., Халдеева Н.И. Одонтология в современной антропологии. М., 1989. С. 199.

10 Mellars P.A. Archaeology and the population—dispersal hypothesis of modem human origins in Europe // Philosophical Transactions of the Royal Society of London. «B». 1992. V.337.N 1280. P. 225—234.

11 Scnwarcz H.P., Grun R. и др. ESP dates for the Hominid burial site of Qafzeh in Israel // Human Evolution. 1988. V. 17.N 8. Р.733—737.

12 BrauerQ. Prasapiens-Hypothese Oder Afroeuropaische Sapiens Hypothese // Z. fur Morphologic und Anthropologie. 1984. В. 75. N 1. S. 1—42; Idem. Adam kam aus Afrika // Bild. Wiss. 1987. V. 24. N 11. S.38—45.

13 Leveque F., Vandermeersch В. Decouverte de restes humains dans un niveau chatelperronien a Saint-Cesaire (Charente-Maritime) // C.R. Acad. Sci. 1980. D291.N2.P. »—189.

15 После длительного сосуществования двух подвидов гоминид, примерно 40 тыс. лет назад, массы популяций Homo sapiens sapiens пришли в движение. Вероятно, имел место демографический взрыв, увеличение плотности населения и, как уже упоминалось, резкий прогресс в области материальной и духовной культуры. Судя по одонтологическим данным, примерно в то же время происходит крупномасштабная миграция на восток. Выходцы с запада встречают на своем пути потомков «восточного Homo erectus» и частично смешиваются с ними. В течение периода 40—30 тыс. лет до наших дней Homo sapiens sapiens смешанного типа распространяется по территории Сибири, Дальнего Востока, попадает даже на острова Тайвань и Окинава и выходит на территорию Нового Света14. Синхронность этих событий с процессами, происходившими в Европе, не кажется случайной: речь идет о времени расцвета (но не возникновения!) современного подвида человека, которому предстояло завладеть всей ойкуменой. Clarke R.J. Homo sapiens. The Ndutu cranium and the origin of Homo sapiens // Journal of Human Evolution. 1990. V. 19. N6—7. Р.699—736.

16 Me Kie R. The Noah's Ark theory // Geographic Magazine. 1989. V.61.N 3.Р 16—20.

17 Deacon H.J. Southern Africa and modern human origins // Philosophical Transactions of the Royal Society of London. «B».1992. V.337. N 1280. Р.177—183.