bigpo.ru
добавить свой файл
1






ДОКЛАД


Студентки IV курса

Факультет Управления

Баниной Татьяны


Содержание


1. Биография……………………………………………………….……………..

2. Теория пассионарности……………………………………………………….

3. Этногенез и биосфера Земли…………………………………………………


1. Биография


1 октября 1912 года в семье двух русских поэтов - Н.С Гумилева и А.А Ахматовой родился сын, будущий великий ученый и мыслитель современности - Лев Николаевич Гумилев.

Л.Гумилев (1912-1992) - создатель учения о человечестве и этносах как биосоциальных категориях, крупнейший эксперт по кочевым народам юга России, Средней Азии и древней истории Руси. Получили известность его работы по истории тюркских, монгольских, славянских и других народов Евразии. Научные труды ученого - "Открытие Хазарии", "От Руси до России", "Древняя Русь и Великая степь" - выходили массовыми тиражами.

Лев Николаевич Гумилев предложил и отстаивал точку зрения на то, что "Монголы и Русь - это только начало Древней Руси и Великой степи". Все его работы показывают неразрывность исторического развития и географических условий формирования этносов.

Исследования Гумилева по проблемам древних народов имеют прямое отношение к современным национальным проблемам. Ученый говорил о влиянии Востока на Россию в противовес традиционной точке зрения о решающем европейском влиянии. Его труды позволили узнать многое об истории татар и Казанского ханства, а также других этносов, проживающих на территории многонациональной России.


В 1962 году он защищает докторскую диссертацию по теме "Древние тюрки". В 1960 году Гумилев начинает читать лекции на историческом факультете университета. Вскоре его приглашают на постоянную работу в Институт географии при географическом факультете, где ученый проработал до конца жизни. В 60-е годы увидели свет первые монографии Гумилева - "Хунну" (1960), "Открытие Хазарии" (1966),"Древние Тюрки" (1967), "Поиски вымышленного царства" (1970).

В 1974 году Лев Николаевич защитил вторую докторскую диссертацию по теме "Этногенез и биосфера Земли", уже по географии. Однако несмотря на единодушное решение Ученого совета работа была депонирована. Только в 1989 году работа она была опубликована в виде отдельной монографии "Этногенез и биосфера Земли".

В 1977-1988 годы вышли в свет 2 книги и опубликовано 14 статей.

Делом всей жизни Льва Николаевича Гумилева была теория этногенеза. Он проследил взлеты и падения крупных этносов и дал понятие слову "этногенез".

Лев Гумилев умер в 1992 году. Память о нем становится все тише.
^

2. Пассионарность: за и против. Был ли пассионарен сам Л.Н.?


Если б мы с Китаем не граничили
Не учились у Орды величию,
Если бы турецкие обычаи
Не перенимали никогда,
А напротив, с вьюгой и медведями
Англичанам были бы соседями,
В римское вникали правоведение
Долгие предолгие года - 
Все равно бы мы бежали к Разину
С Пугачевым вместе безобразили
И царя при первой же оказии
Грохнули в истории кювет.

Вячеслав Казакевич

О том, какой взрыв критики произвело гумилевское определение "симбиоз" применительно к Древней Руси и Орде мы уже писали. Но еще больших недоумении, а чаще проклятий и издевательств вызвала пассионарность - открытие, которым больше всего гордился Л.Н. В одном из последних интервью он даже говорил, что евразийцы, с которыми он в основном согласен, "главного в теории этногенеза - понятия пассионарности... не знали".

Это парадокс: "пассионарность" - термин, который стремительно вошел в нашу жизнь, в самый широкий обиход, который интуитивно все понимают и принимают (а значит, не оспаривают), в то же время отвергаются некоторыми видными специалистами. Так, академик Ю. В. Бромлей писал: "Нельзя не отметить несостоятельность попытки Л. Н. Гумилева представить в качестве движущей силы этнической истории... пассионарность.

Аполлон Кузьмин писал, что Л.Н. совершил "множество удивительных открытий", например, придумал понятие "пассионарность" (слово латинское), которое распространяется как на отдельные личности, так и на целые народы.

Парадокс очень обидный для Л.Н., поскольку он работал над идеей пассионарности чуть ли не 60 лет.

Что же такое пассионарность! Отвечая на этот вопрос, Л. Н. писал: "Формирование нового этноса всегда связано с наличием у некоторых индивидов необоримого внутреннего стремления к целенаправленной деятельности, всегда связанной с изменением окружения, общественного или природного, причем достижение намеченной цели, часто иллюзорной или губительной для самого субъекта, представляется ему ценнее даже собственной жизни".

Но ведь не историки, а сама история дала определение - "люди длинной воли!". Г. Вернадский задолго до Л.Н. писал, что "в конце XII в. среди монгольских племен Восточной Евразии, как это неоднократно происходило в прежние века, вновь произошло страшное сосредоточение и напряжение народной энергии".

Наличие пассионарев "улавливали" и другие. Можно привести высказвание Гегеля о "интересе-страсти", когда "индивидуальность целиком отдается предмету... и ничто великое в мире не совершается без страсти". Еще ближе к нам, ближе к самому Л.Н. Арнольд Тойнби, утверждавший, что в период роста цивилизации "творческое меньшинство" (т. е. пассионарии по Л.Н.) все более берет контроль над своим окружением, и потом следуют времена неспокойствия.

Пассионарии - это конкистадоры, устремившиеся вслед за Колумбом за океан и погибавшие там. Пассионарии - это Жанна д'Арк, Кутузов и Суворов. А субпассионарии, у которых перевешивает "импульс инстинкта" - это почти все чеховские персонажи. "У них как будто все хорошо, а чего-то все-таки не хватает;

Как рассуждал Л.Н., пассионариями движут не корыстные чувства.

Пассионарии не приносят своих близких в жертву страстям, а жертвуют собой ради их спасения или ради идеи.

Согласно Гумилеву, можно быть рядовым членом общества и весьма пассионарным; например - Иван Сусанин. Нехотя, но Л. Н. признавал и Сталина пассионарием: "У того же Сталина в дефиците была совесть, любовь к окружающим. Он - типичное сочетание пассионарности с негативным, жизнеотрицающим выбором".

Можно подумать, что пассионарность - всегда некий генератор прогресса, но это не так. Как оговаривался сам автор: она не генератор, а скорее катализатор. "Она так ускоряет этнические процессы, - писал Л.Н., - что многие этносы сгорают от собственных деяний, не дожив до спасительного гомеостаза".

Л.Н. излагает, на мой взгляд, весьма спорные мысли по поводу динамики (фаз) пассионарности. По его мнению, "пусковой момент" этногенеза, - это внезапное появление в популяции некоторого числа пассионариев и субпассионариев. Фаза подъема сопровождается быстрым увеличением числа пассионарных особей в результате либо размножения, либо инкорпорации; акматическая фаза характеризуется максимальным числом пассионариев; фаза надлома - это резкое уменьшение их числа и вытеснение их субпассионариями; инерционная фаза - медленное уменьшение числа пассионарных особей; фаза обскурации - почти полная замена пассионариев субпассионариями, которые в силу особенностей своего склада либо губят этнос целиком, либо не успевают погубить его до вторжения иноплеменников извне.

Эта конструкция подвергалась не только сомнениям, но и жесткой критике у нас. Может быть, потому, что никаких аналогов этой схеме ни у кого из "западных" не находили. Между тем интересные мысли приходят совсем независимо от этноса, к которому принадлежит автор. Вот что открылось для меня случайно, хотя я долго искал нечто подобное. В 1961 г. американская исследовательница Кэролл Квигли в статье "Эволюция цивилизаций" выделила семь стадий их развития: смешение (этносов, культур); созревание; экспансия; эпоха конфликтов; мировая империя; упадок; интервенция (чуждых сил) иноплеменников по Л.Н.

Конечно, я и раньше знал, что какие-то аналогии есть, что все это у Л.Н. не на пустом месте родилось. Знал, что теория пассионарности как-то связана с учением о "циркуляции элит" итальянского социолога Вильфреда Парето. Но как близки взгляды американки и Л.Н.: чем не гумилевские "подъем - вершина - упадок", согласно его схеме, названной "Кривая этногенеза". По абсциссе отложено время (1200-1500 лет), а на оси ординат - та самая загадочная движущая сила этногенеза - пассионарность. Вроде бы все довольно просто, но для этой "простоты" Л. Н. пришлось обобщить 40 "индивидуальных" кривых этногенеза, построенных для разных этносов. Как отмечал сам Л.Н., эта кривая хорошо известна математикам; она описывает и процесс сгорания костра, и взрыв порохового склада и увядание листа.

Первая кривая (XVIII в. до н. э.): Египтяне (Верхний Египет), столица в Фивах (1580 г. до н. э.), смена религий, культ Озириса. Прекращение строительства пирамид. Агрессия в Нубию и Азию. Гиксосы (Иордания, Северная Аравия). Хетты (Восточная Анатолия).

Вторая кривая (XI в. до н. э.): Чжоусцы (Северный Китай, Шэньси). Завоевание княжеством Чжоу древней империи Шэнь-Инь. Появление культа Неба. Расширение ареала до моря на востоке, р. Янцзы на юге, пустыни на севере. Скифы (Центральная Азия). Кушиты (Большая излучина Нила) и т.д.

Третья кривая (VII в. до н. э.): Римляне (Центральная Италия), расселение на Среднюю Италию, завоевание ее, образование республики (510 г. до н. э.). Самниты (Италия), этруски (Северо-Западная Италия), галлы (Южная Франция), эллины (Средняя Греция). Колонизация эллинами Средиземноморья и т.д.

Пропустим несколько кривых. Остановимся на восьмой. Это - монголы XI в. н. э. Появление "людей длинной воли". Объединение племен в "народ-войско". Создание законодательства "Ясы" и письменности. Расширение Улуса от Желтого до Черного морей. Чжурчжени (Маньчжурия). Образование Империи Цзинь полукитайского типа. Агрессия на юг. Завоевание Северного Китая.

Л.Н., говоря о подобных шрамах на карте, пишет: "Выделенные узкие полосы шириной около 300 км, тянущиеся то в меридианальном, то в широтном направлении примерно на 0,5 окружности планеты, похожи на геодезические линии. Возникают толчки редко - два или три за тысячу лет и почти никогда не проходят по одному и тому же месту... Один и тот же толчок может создать несколько очагов повышенной пассионарности (и как следствие - несколько суперэтносов). Так толчок VI задел Аравию, долину Инда, Южный Тибет, Северный Китай и Среднюю Японию. И во всех этих странах возникли этносы-ровесники, причем каждый из них имел оригинальные стереотипы и культуры".

Нет сомнений, Л.Н. блестяще знал историю и понимал ее географически "шире" многих, так как само "поле" его исследований простиралось от запада Европы до Желтого моря.

У В. И. Вернадского были весьма примечательные, с точки зрения Л.Н., наблюдения. Так он писал как будто бы о пассионарности: "Взрывы научного творчества, повторяющиеся через столетия, указывают... на то, что ... повторяются периоды, когда скопляются в одном или нескольких поколениях, в одной или многих странах богато одаренные личности, те, умы которых создают силу, меняющую биосферу. Их нарождение есть реальный факт, теснейшим образом связанный со структурой человека, выраженной в аспекте природного явления" (подчеркнуто мною - С.Л.). Поразительное совпадение мыслей! У В. И. Вернадского Л.Н. взял то, что ему было нужно, то, что могло объяснить эти толчки, эти кривые, именно такой ход этногенеза.

Откуда же взялся первоначальный толчок? Л.Н. обратился к наследию классиков естествознания. "Великий ученый XX века В. И. Вернадский, - писал Гумилев, - читая в 1908 году заметку во французской газете о перелете саранчи из Африки в Аравию, обратил внимание на то, что масса скопища насекомых была больше, чем запасы всех месторождений меди, цинка и олова на всей Земле. Он был гений и потому задумался о том, какова энергия, которая подняла этих насекомых и бросила их из цветущих долин Эфиопии в Аравийскую пустыню, на верную смерть".

Л.Н. опускает дальнейший ход рассуждений автора и переходит к выводу: биохимическая энергия живого вещества биосферы - совсем не мистическая, а обыкновенная, аналогичная электромагнитной, тепловой, гравитационной и механической. Большей частью она находится в гомеостазе - неустойчивом равновесии, но иногда наблюдаются флуктуации - резкие подъемы и спады. "Тогда саранча летит навстречу гибели, муравьи ползут, уничтожая все на своем пути, и тоже гибнут, крысы... из глубин Азии достигают берегов Атлантического океана..." Понятно, что это еще не объяснение, а скорее, уход в сторону, замена анализа причины ярким и "доходчивым" примером.

Из трех гипотез энергетического импульса Л.Н. отбрасывал две: солярную и подземную (радиораспад) и оставил одну - космическое облучение. Лишь очень легковесные критики Гумилева (особо из гуманитариев) могли упрекать его в фантазиях насчет пассионарности и "толчков" из космоса. Упрекать надо было предшественников-евразийцев. Ведь Г. Вернадский в главе "Ритмы истории" писал, что "ритмическая периодичность в истории человечества зависит от действия космических, биологических, психических, географических, политических, экономических, и социальных сил". Обратите внимание: космические силы стоят на первом месте!

В этой связи весьма интересны мнения, высказанные в дискуссии, развернувшейся среди ученых на "Гумилевских чтениях" в Москве в 1998 году. Там обсуждались и другие механизмы пассионарных "толчков" в зонах разломов, рифтов, краев континентов, которые "с хода" были отброшены Л. Н. В одном из выступлений указывалось, что эндогенные источники находятся в непосредственной близости к биосфере (87% на глубине до 60-150 км). В другом докладе правдоподобной причиной "толчков" называлось резкое, стремительное изменение климата.

Согласно взглядам Е. В. Максимова, "чистого" естественника, из девяти пассионарных "толчков" Л. Гумилева пять более или менее совпадают с переломными моментами 1850-летнего ритма, а два - показали отклонения в 150-250 лет. Вывод ученого состоит в следующем: "Переломным моментам 1850-летнего ритма отвечают общециркуляционные перестройки, образование "озоновых трещин" и, как следствие, возникновение пассионарных зон". Максимов делает еще более широкий (пусть спорный, но безусловно интересный) вывод: "Этническая история человечества определяется совместным действием трех причин: 1850-летним ритмом А. В. Шнитникова, волнами цивилизаций в плане О. Шпенглера и пассионарными толчками Л. Н. Гумилева".

Парадоксально, что естественники всерьез воспринимают "выход" Л.Н. в их науки, а гуманитарии спорят, не хотят воспринимать то, в чем они совсем не специалисты...

Сам Л.Н. в серьезной книге (в статьях и интервью он менее скромен) довольно пессимистичен, но зато абсолютно честен относительно своих толчков. Он пишет, что гипотеза "пока не может быть строго доказана, но зато... не встречает фактов, ей противоречащих". К. более критичной оценке склоняется М. И. Чемерисская, опубликовавшая статью в журнале "Восток" в 1993 году. Там она, подводя итог своим рассуждениям, пишет: "Так что же, Л. Н. Гумилев действительно создал всеобъемлющую теорию, объясняющую законы исторического развития народов? Думается, что все-таки нет. Пассионарность и комплиментарность - одна из попыток объяснить необъяснимое, не более убедительная, чем производительные силы и производственные от-ношения"".

Академик А. М. Панченко оценивает вклад Л.Н. выше. "Удалась ли Л. Н. Гумилеву та вожделенная "мера", - пишет он, - о которой говорил Аристотель? На мой взгляд, удалась. Во всяком случае, в нынешнем исто-риософском запасе нет идей, которые могли бы конкурировать с теорией этногенеза. Никто не отважится сказать, откуда берутся и куда деваются этносы (если угодно, нации, народы, народности), - никто, кроме Л. Н. Гумилева. А ведь они берутся и деваются".

Был ли сам автор "теории этногенеза" пассионари-ем? Л.Н. считал, что этого точно определить нельзя. Где-то в 80-х гг. наши психологи все-таки задались целью найти подобный критерий; они составили гигантский вопросник - 128 вопросов! Получил его и Л.Н. и честно ответил. Результат был неожиданным. Вывод по "сырым данным", сделанный психологом Михаилом Коваленко, одним из близких к Л.Н. людей, был таков: "Отклонений от популяционных данных нет".

Неужели же Л.Н, не был пассионарием? Думается, что-то неладно в методике опроса. Ф. М. Достоевский в "Братьях Карамазовых" говорил о "потребности познания". Для Л.Н., возможно, именно эта потребность была ведущей пассионарной чертой, побудившей его работать в любых условиях, в самых нечеловеческих условиях пытаться творить. Человек, бывший вместе с ним в лагере, вспоминал, что все отбывали срок наказания, день за днем, неделя за неделей, год за годом, а Л.Н. работал "над пассионарной теорией все семь лет день в день нашей совместной жизни в лагере"; "окружающая обстановка - решетки на окнах бараков, конвоиры с собаками, забор с колючей проволокой - его не беспокоила... Все это относилось к мелочам жизни".

Вспомним письмо из Омлага к матери, письма к В. Абросову; в них страдание почти везде на втором плане, а на первом - ожидание нужных книг, проверка идей, а итог - чемоданчик с рукописью в поезде Омск - Ленинград.

Л.Н. - пассионарий особого рода. Он заслужил право быть первопроходцем в науке труднейшей судьбой своей. Л. Н. писал, что Ньютон отдал свою жизнь, чтобы создать теорию и "не пролил ни капли семени". Однако в одном интервью он с горечью признался: "Я после себя оставлю книги. Мой визави, кроме книг и статей, оставит после себя дочек. Мы все что-то оставляем".

Да, механизм пассионарности и физические причины "толчка" были Л.Н. лишь обозначены. Но разве это так мало?


^ 3. Этногенез и биосфера Земли


До тех пор пока этнографы строили классификации по видимым индикаторам: языку, соматическим признакам (расам), способу ведения хозяйства, религиям, уровням и характеру техники, казалось, между суперэтносами и этносами пропасть. Но как только мы переносим внимание на системные связи, то она исчезает. Место описательной этнографии занимает этническая история, фиксирует как устойчивые взаимоотношения между разнообразными элементами суперэтнической системы, так и ее взаимодействие с соседними системами. Оказывается, такие термины, как "эллинская культура", "Мусульманский мир", "европейская цивилизация", распространившаяся по другим континентам, "Срединная империя" или "кочевая евразийская культура", - не просто слова, а обозначения технически овеществленных и социально оформленных совокупностей этнических целостностей, стоящих на один порядок выше тех, которые доступны этнографам-наблюдателям.

Очевидно, что в эпоху, предшествовавшую возникновению письменности, этнические целостности этого порядка возникали не менее часто и проходили те же фазы развития, оставляя после себя памятники из кремневых отщепов, мусорных куч и осколков керамической посуды, а иногда и сохраняясь как "племена" в труднодоступных джунглях или на отдельных островах.

Но если так, то многие изоляты, считавшиеся находящимися на "ранних" ступенях цивилизации, при крайне низком уровне техники являются конечными, а не начальными фазами этногенезов. Таковы, например, пигмеи тропических лесов Африки, аборигены Австралии, палеоазиатские этносы Сибири, огнеземельцы, горцы Памира. Степень адаптации к природным условиям у них настолько велика, что она позволяет им поддерживать существование в составе биоценоза, не прибегая к усовершенствованию орудий труда и оружия. Однако эта система взаимоотношений с природой и этническим окружением налагает ограничения на прирост населения. Это особенно заметно в Новой Гвинее, где еще недавно папуасский юноша получал право иметь ребенка не раньше, чем он принесет голову человека из соседнего племени, узнав его имя, потому что число имен строго лимитировано.

В этноценоз (так мы назовем сложный комплекс, описываемый нами) входят наряду с людьми те или иные домашние животные, окультуренные растения и вещи - как предметы обихода. Эскимосы немыслимы без собак, иглу и каяков, даже если они подвешивают к последним лодочные моторы внутреннего сгорания. Тунгусы связаны с оленями и лайками, арабы - с верблюдами, индейцы пуэбло - с початками маиса и т.д. Нарушение этноценоза, если оно невелико, только деформирует этнос, а если достаточно велико - разрушает.

Разрушение этноценоза вызывает вымирание этноса.

А бывает, что при полном вымирании этноса продолжает наблюдаться повторяемость этногенезов с некоторыми отклонениями от первоначального типа. Это называется преемственностью культуры.

Энергетическая сущность этногенеза, выражается в живых организмах, как нечто целое и единое, ибо все они являются функцией биосферы... Организмы, населяющие Землю, - "живое вещество", которое "связано с окружающей средой биогенным током атомов: своим дыханием, питанием и размножением".

Биосфера, согласно учению В. И. Вернадского, - это не только пленка "живого вещества" на поверхности планеты, но и все продукты ее жизнедеятельности за геологическое время: почвы, осадочные и метаморфические породы и свободный кислород воздуха.

Чтобы понять этот принцип, надо усвоить что многообразие живого и косного связано "биогенной миграцией атомов" или "биохимической энергией живого вещества биосферы".

Эта форма энергии столь же реальна и действенна, подчиняется закону сохранения энергии, т.е. может быть выражена в калориях или килограммометрах. За геологическое время наша планета обогащалась энергией, поглощая: 1) лучистую энергию Солнца; 2) атомную энергию радиоактивного распада внутри Земли; 3) космическую энергию рассеянных элементов, исходящую из нашей галактики.

И эта форма энергии заставляет организмы размножаться до возможных пределов, для всех живых существ биосферы, а значит, и для людей.

Однако сама биосфера ставит границы организмам, ее составляющим. Биосфера мозаична: одни виды животных или растений ограничивают другие, и возникает гармония жизни - динамическое равновесие биоценозов большего и меньшего масштаба. Климатические условия на Земле разнообразны.

Для организмов возникает потребность в адаптациях люди входят в биоценозы.

На преодоление постоянно возникающих трудностей уходят силы этнического сообщества, венчающего биоценоз. В спокойном состоянии оно лишено агрессивности по отношению к соседям и неспособно к активному изменению природы, что способствует увеличению числа его членов за счет интенсивного размножения. Так создается этнос как система, так соподчиненность особей является условием существования.

А при агрессивности общества идет взаимоистребление ради преобладания в системе; и тогда пассионарное напряжение уменьшается, пока не дойдет до нуля. После этого инерция движения, коренящаяся в социальных институтах и традициях, поддерживает существование системы, но она обречена и переходит в гомеостаз. Значит, все "застойные" этносы некогда были развивающимися, и те этносы, которые развиваются теперь, если не исчезнут, то станут "стабильными" когда-нибудь.

Живое вещество должно постоянно обмениваться с окружающей средой энергией и энтропией. Этот обмен регулируется управляющими системами, запасами информации.

Передача информации по наследству на языке историков называется "традицией", а на языке биологов - "сигнальной наследственностью". Этногенез - это процесс энергетический, а пассионарность - это эффект той формы энергии, которая питает этногенез.