bigpo.ru
добавить свой файл
1 2


УДК 321.01(4/5) (091): 32.001 На правах рукописи


ШАЙМЕРДЕН ГАЗИЗ ИКСАНГАЛИУЛЫ


«Евразийская концепция кочевого государства в учении Л.Н. Гумилева:

политологический анализ»


23.00.02 – Политические институты, этнополитическая конфликтология,

национальные и политические процессы и технологии


Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата политических наук


Республика Казахстан

Астана, 2010

Диссертация выполнена на кафедре философии гуманитарно-социального факультета Костанайского государственного университета им. А. Байтурсынова




^

Научные руководители: доктор философских наук,

профессор Колдыбаев С.А.

доктор политических наук,

Бижанов А.Х.


Официальные оппоненты: доктор политических наук,

Кожирова С.Б.

кандидат политических наук,

^ Сулейменов Т.С.


Ведущая организация: Институт философии и политологии

Министерства образования и науки

Республики Казахстан


Защита состоится «15» декабря 2010 года в 15.00 часов на заседании диссертационного совета Д 14.20.03 при Евразийском национальном университете имени Л.Н. Гумилева по адресу: 010008 г. Астана, ул. Мунайтпасова 5, учебно-административный корпус, кааб. 302


С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Евразийского национального университета имени Л.Н. Гумилева по адресу: 010008 г. Астана, ул. Мунайтпасова 5.


Автореферат разослан «___»___________2010 года.


Ученый секретарь

диссертационного совета,

доктор политических наук ^ М.Ш. Калиева


ВВЕДЕНИЕ


Общая характеристика работы.

Данная диссертационная работа посвящена политологическому исследованию евразийской концепции кочевого государства в учении одного из видных представителей евразийского течения в российской политико-философской мысли XX века – Л.Н. Гумилева. В диссертации изучается феномен кочевого государства, анализируется его политическая природа в контексте евразийской парадигмы и учения Л.Н. Гумилева, раскрывается роль и значение концепции ученого для методологии политологического исследования кочевого государства. Исследование евразийских мотивов в научном творчестве Л.Н. Гумилева проводится в контексте специфического и общего, сравнительно-политологического анализа идей ученого и концептуальных положений идеологов классического евразийства 20-х гг. XX века. В свете основополагающих идей концепции этногенеза и пассионарности Л.Н. Гумилева исследуются перспективы современного государства Казахстан на мировой арене в XXI веке.

^ Актуальность темы исследования.

Актуальность избранной темы диссертационной работы определяется теоретической и методологической значимостью политологического исследования и анализа евразийской концепции кочевого государства в учении Л.Н. Гумилева.

В теоретическом плане следует признать, что до сих пор в научной отечественной трактовке проблемы природы и сущности кочевого государства господствуют все еще европоцентристские, точнее марксистские подходы. Несмотря на то, что сейчас почти общепризнанным является факт определенной научной ограниченности теоретических положений марксизма о государстве западным территориальным ареалом, тем не менее, его основные установки и принципы все еще продолжают чуть ли не автоматически распространяться на трактовку кочевого государства.

Назрела настоятельная необходимость преодоления последствий многолетнего диктата марксистко-ленинской идеологии и всеобщей стандартизации мышления в рамках жестких схем классового подхода и экономического детерминизма. Становится все более очевидным, что былые теоретические представления обусловленные не преодоленным в отечественной общественной науке догматизированным советским марксизмом образно говоря не работают, когда их пытаются применить к широкому спектру исследования политических проблем кочевого государства: причин появления, признаков, особенностям структурно-функциональной модели и его политической организации.

Одним из выходов из этого методологического тупика, как нам представляется, может выступить толкование политической природы кочевого государства, которое было разработано в трудах выдающегося российского евразийца Л.Н. Гумилева. По нашему глубокому убеждению, концептуальные идеи Л.Н. Гумилева о кочевом государстве не оцененные до сих пор в полной мере, при их научном анализе и дальнейшем развитии могли бы дать более полную и адекватную природе исследуемого объекта картину возникновения и эволюции политической организации номадного общества. Тем более, что в его учении проявляется на наш взгляд, сознательно игнорируемый в советской политологической науке новый научный методологический подход, характеризующийся органическим синтезом исторического, социально-философского, этнологического, естественно-географического аспектов к объяснению и исследованию политической природы кочевого государства. Введенные в научный оборот и активно используемые им понятия; «этнос», «пассионарность», «этногенез», «пассионарии», выступают как орудия исследовательского поиска, позволяют несколько по иному, по новому понять истоки и генезис феномена кочевого государства. Ранее, в условиях СССР, эти понятия не только долгое время не были известны широкой научной общественности, но и не применялись в исследовании политических процессов государства вообще, кочевого в частности.

Актуальность изучения научного наследия Л.Н. Гумилева обусловлена также евразийским содержанием его учения. Центральной темой идеологов классического евразийства было рассмотрение взаимоотношений со своими соседями на евразийском пространстве. Отсюда их особый и постоянный интерес к кочевому государству и обществу. Это и стало точкой соприкосновения и пересечения взглядов Л.Н. Гумилева и евразийцев. Многие мысли и идеи в учении Л.Н. Гумилева перекликаются с евразийской идеологией. Поэтому евразийские мотивы можно считать одной из важнейших составляющих его научного творчества, которая четко обозначилась в позднем периоде его научной деятельности, когда она стала более насыщенной в политическом плане. После знакомства с евразийским учением он разделяет многие евразийские взгляды и оценки политического характера. Безусловно, исследование теоретического наследия Л.Н. Гумилева позволяет более глубже понять общую евразийскую концепцию кочевого государства, в которой научное наследие великого евразийца занимает свое, оригинальное и достойное место.

^ Степень научной разработанности проблемы.

Концептуальные положения, определяющие место Казахстана, как евразийского государства, содержатся в трудах Президента Республики Казахстан Н.А.Назарбаева, в его ежегодных Посланиях народу Казахстана, начиная с основополагающего – стратегии «Казахстан-2030». На основе глубокого изучения и осмысления культурно-исторических корней казахской кочевой цивилизации им намечаются стратегические ориентиры дальнейшего развития казахстанского государства и интеграции народов на территории Евразии [1].

Проблемы истоков, особенностей и генезиса кочевого государства долгое время оставались без внимания отечественных политологов. В последнее десятилетие наблюдается устойчивый рост интереса к данным вопросам и ситуация стала меняться в лучшую сторону. В частности, весомую роль в разработке проблемы сыграла монография – «Казахстан: эволюция государства и общества», где ее авторами: Е. Абеновым, И. Тасмагамбетовым, Е. Арыновым, отмечается необходимость и целесообразность применения категории «цивилизация» к кочевому казахскому обществу и предпринимается попытка анализа цивилизационных основ казахской государственности. Сравнивая особенности евразийской кочевой культуры с восточными и западными обществами, авторы указывают на ограниченность и неадекватность применения к номадам формационной теории. Характеристика цивилизационных основ Казахстана, по их мнению, вытекает из констатации того очевидного факта, что цивилизация Великой Степи является особым политическим и социосистемным образованием, в пределах которого на протяжении эпох и времен поддерживались устойчивая государственная система регуляции и стабильность социума, обеспечивающие становление и развитие этноса и государства [2].

Значительный вклад в развитие современной отечественной политической науки внесли авторы капитального монографического исследования – «Эволюция политической системы Казахстана»: А. Нысанбаев, М. Машан, Ж. Мурзалин и А. Тулегулов. Коллектив авторов впервые в отечественной политологии рассматривают процесс становления казахской государственности с точки зрения системного подхода, общей теории систем и принципов самоорганизации. Принципиальное значение этого труда состоит в том, что авторы исследуют процессы организации политический власти и кочевого государства на основе системной методологии, где государство рассматривается как определенная система. В этой работе также изучаются различные аспекты политической организации кочевого общества [3].

Современные казахстанские политологи и исследователи выделяют специфические, присущие только государству номадов признаки. Это развитая система родства, милитаризированность общества, административное деление на крылья, десятичная система, особое мировоззрение, особое представление о власти и т.д. Среди них следует особо выделить работу Е.К. Нурпеисова и А.К. Котова, где изучается самоорганизация власти и государства кочевников, а также впервые рассматривается этнополитогенез как единый взаимосвязанный и взаимозависимый процесс [4]. В этом ряду также необходимо отметить работу С.С. Колдыбаевой и С.А. Колдыбаева – «Проблемы властно-правовых отношений», в которой авторы исследуют проблему природы государственной власти и ее соотношение с правом на различных этапах эволюции государственности Казахстана [5].

Концептуальные положения о государстве и власти как важнейших элементах политической системы общества содержатся в работах ученых, политических и общественных деятелей страны: А. Нысанбаева, М. Ашимбаева, Ж.  Джунусовой, А. Бижанова, С. Дьяченко, К. Токаева, Ж. Абдильдина, А. Котова, Н. Романовой и др.

Изучение столь сложного течения общественной мысли, каковым является евразийство, невозможно без обращения к первоисточникам, то есть работам самих евразийцев, которые позволяют проследить эволюцию геополитических и философско-исторических взглядов таких видных представителей евразийства как П.Н.Савицкий, Н.С. Трубецкой, Л.П. Карсавин, Г.В. Вернадский.

Различные аспекты евразийской идеологии, в том числе и политические изучаются в работах современных казахстанских и российских политологов и ученых. В частности, в работах Д. Назарбаевой, А. Абикенова, Н. Курманбаевой, Н. Аршабекова, Э. Саудабековой, Е. Ищенко, Н. Нарбаева, Г. Шалабаевой. Последняя предлагает евразийство в качестве национальной идеи, и рассматривает вытекающие из нее проблемы социальной стратегии и геополитического курса. Геополитические аспекты учения Л.Н. Гумилева в настоящее время активно разрабатываются в российской науке. Многие идеи ученого становятся предметом геополитической спекуляции. Эта тенденция проявляется в работах А. Дугина, А. Нартова и других.

Безусловно, важнейшим источником являются труды Л.Н. Гумилева, создавшего свою оригинальную систему. Основным источником для понимания его теории является его фундаментальный труд «Этногенез и биосфера Земли». Государствам номадов Евразии посвящена его степная трилогия, в которой он рассматривает политическую историю трех суперэтнических систем Великой Степи с позиций своей теории этногенеза и пассионарности.

В современной иностранной литературе интерес к наследию Л.Н. Гумилева практически незаметен. Исключение составляют работы французской исследовательницы М. Ларюэль, которая занимается разработкой проблем связи идей Л.Н. Гумилева с классическим евразийством и современным неоевразийством в России.

В целом, на наш взгляд, вполне определенно можно констатировать, что крупных политологических исследований, специально посвященных изучению концепции кочевого государства Л.Н. Гумилева, исследованию взаимосвязи его учения с евразийской трактовкой кочевой государственности пока не имеется. И это естественно, ведь в нашей стране политология – молодая наука. Имеющиеся исторические, философские работы, посвященные исследованию отдельных аспектов данной проблемы преимущественно характеризуют историко-фактологическую и общемировоззренческую стороны учения Л.Н. Гумилева о кочевом государстве. В тоже время изучение этнополитогенеза через призму пассионарного процесса, составляющую основу оригинальной политологической концепции Л.Н. Гумилева все еще остается вне поля зрения ученых-политологов.

^ Объект и предмет исследования.

Объектом данного исследования является проблематика кочевого государства в ее политологическом аспекте, а предметом – концепция кочевого государства Л.Н. Гумилева в контексте евразийской идеологии.

^ Цель и задачи исследования: Основной целью исследования является политологический анализ евразийской концепции кочевого государства Л.Н. Гумилева и определение перспектив современного Казахстана в XXI веке, как евразийского государства.

В соответствии с этой целью в исследовании ставятся и решаются следующие задачи:

- раскрыть сущность и содержание западноевропейской трактовки государственности номадов, показать, что классическая западная традиция трактовки государственности кочевников представляет собой взгляды европоцентристского характера, отрицающего принципиальную возможность государства у номадов;

- проанализировать основные концепции государственности кочевников, разработанные советской и современной отечественной наукой, их достоинства и недостатки;

- провести сравнительный анализ концептуальных идей евразийства в трактовке государственности кочевников и евразийских взглядов на данную проблему в научном творчестве Л.Н. Гумилева;

- провести политологический анализ основных положений теории этногенеза и пассионарности Л.Н. Гумилева, раскрыть значение концепции ученого для методологии исследования проблемы кочевого государства;

- исследовать проблемы возникновения и признаков кочевого государства, особенности политической природы кочевого государства в учении Л.Н. Гумилева;

- осуществить анализ перспектив развития современного казахстанского государства в свете идей этногенеза и пассионарности Л.Н. Гумилева.

^ Научная новизна диссертационного исследования заключается в том, что настоящая диссертация является одной из первых попыток дать политологического анализа концепции кочевого государства в свете теории этногенеза и пассионарности Л.Н. Гумилева и исходя из политико-философских положений евразийской идеологии 20-30-х годов ХХ века.

В настоящей работе:

- раскрывается сущность европоцентризма, как западной концепции, выражающейся в полном отрицании и принципиальной возможности создания номадами государства;

- анализируются основные теории, концепции и идеи, разработанные советской и современной отечественной наукой, вскрываются их достоинства и недостатки, отмечается необходимость комплексного сочетания формационного и цивилизационного подходов в изучении процессов зарождения, становления и эволюции государства кочевников Евразии;

- раскрывается связь евразийской идеологии и евразийской трактовки кочевой государственности с основными положениями учения Л.Н. Гумилева;

- проводится политологический анализ основных положений теории этногенеза и пассионарности Л.Н. Гумилева, раскрывается ее роль и значение для методологии исследования кочевого государства;

- исследуется проблемы возникновения и признаков кочевого государства, особенности его политической природы в концепции ученого, раскрывается роль энергии пассионарности как двигателя этнополитогенеза;

- отмечается необходимость выработки новой духовной доминанты для народов Евразии с целью её объединения и преодоления глобального цивилизационного кризиса, исследуются перспективы современного казахстанского государства в свете идей этногенеза и пассионарности Л.Н. Гумилева.

^ Методологическая и теоретическая база исследования.

Методологической базой диссертационного исследования являются диалектика, примененная к анализу концепции этногенеза и пассионарности Л.Н. Гумилева, а также труды классиков цивилизационного направления политико-философской мысли, работы евразийцев и современные исследования в области политической мысли. Методологической основой диссертации также являются программные документы развития независимого Казахстана по пути правового государства и гражданского общества, определения места страны в мировом сообществе цивилизаций, в которых важное место занимает евразийская парадигма развития общества.

^ Теоретическая база исследования.

Важнейшие теоретические ориентиры евразийской ориентации и интеграции Казахстана изложены в работах Президента Республики Казахстан Н.А. Назарбаева, его ежегодных Посланиях народу Казахстана, в которых намечена генеральная линия развития республики, направленная на укрепление авторитета Казахстана в мировом сообществе. Теоретическая база исследования представлена трудами зарубежных и отечествен­ных ученых в области политологии, философии, геополитики, теории государства и права. Важной теоретической основой являются труды современных отечественных и российских политологов, историков и социологов, разрабатывающих в своих исследованиях проблемы государственности кочевников Евразии.

^ Методы исследования.

При проведении политологического исследования использовались как общенаучные методы, среди которых анализ и синтез, дедукция и индукция, методы аналоги и абстрагирования, так и специфические методы и приемы политической науки. Это методы системного и сравнительного анализа, прогнозирования, функциональный и логический, методы реконструкции и экстраполяции, а также приемы эмпирических исследований, направленных на получение первичной информации о политических фактах. Методологические обоснования подтверждаются концептуальными положениями теории геополитики и националь­ной безопасности, использовался также понятийно-категориальный аппарат приме­нительно к объекту и предмету исследования.

^ Основные положения, выносимые на защиту, базируются на научных результатах, полученных в ходе диссертационного исследования:

1. Концептуальное учение о государстве сформировалось в эпоху господства капитала. У истоков этого учения стоял немецкий философ Г.В.Ф. Гегель, которого можно отнести к родоначальникам европоцентристского течения научной мысли. Относя номадов ко второй доисторической ступени развития, он считает, что кочевники не созрели до уровня образования собственной государственности. Исходя из гегелевской трактовки сущности государства, которая подразумевает наличие последнего только в земледельческих культурах, у номадов оно отсутствовало. Появление государства как политического института возможно, по мнению Гегеля, только при наличии городов, как центров публичной власти, организованной системы права и других сопутствующих элементов. По причинам патриархальной организации, отсутствия государства и свободы личности Гегель отводит им роль разрушителей цивилизации. К последователям европоцентризма в среде западных ученых следует отнести таких адептов теории цивилизации в рамках культурно-исторической школы как О. Шпенглер, А. Дж. Тойнби и других.

2. Советская наука оставила свой глубокий след в разработке проблематики кочевого государства, породив концепцию кочевого феодализма и ее различные вариации. Современная отечественная наука в настоящее время преодолевает последствия формационного монизма, внедряя в исследовательский аппарат категории цивилизационного подхода. Имеются попытки синтеза формационной и цивилизационной парадигм, что является весьма перспективным направлением в изучении процессов становления и эволюции государства кочевников Евразии. Кроме того, впервые в отечественной политологии этнополитогенез рассматривается как единый взаимосвязанный и взаимозависимый процесс, а сам процесс становления кочевого государства был подвергнут изучению с точки зрения системного подхода, общей теории систем и принципов самоорганизации. Данные попытки исследования проблемы государства кочевников в рамках цивилизационного подхода позволяет, по нашему мнению, интерпретировать кочевое государство как особый евразийский тип кочевой цивилизации, отличный как от западного, так и восточного пути образования и сущности государства.

3. Взгляды евразийцев на природу кочевой государственности во многом перекликаются с воззрениями Л.Н. Гумилева на сущность государства кочевников Евразии. Многие положения Гумилевской концепции кочевого государства формировались в рамках его евразийских взглядов и несомненно, что евразийское учение определенным образом возродилось в его работах и трудах. Л.Н. Гумилев разделяет евразийскую трактовку преемственности кочевой и российской государственности, в его учении находят подтверждение такие положения евразийства, как связь этноса с географическим ландшафтом, идея единства народов Евразии, положительная оценка монгольского периода, отрицание западничества. В этих вопросах, в целом, заканчивается идейное сходство концепций Л.Н. Гумилева и первых евразийцев. В отличие от евразийцев Л.Н. Гумилев утверждает, что создание государств кочевниками – это закономерный итог фазы подъема этнополитогенеза и движущей силой в данном случае является энергия пассионарности. Кроме того, разработанная ученым теория этногенеза, этнических циклов, связанных с моделью пассионарности не имеет аналогов в евразийской мысли.

4. Сущность политологического анализа основных категорий и положений теории Л.Н. Гумилева заключается в том, что они исследуются на основе теории систем и системной методологии, которые являются важнейшей составляющей инструментария современной политической науки. Во-вторых, объектом исследования выступает кочевое государство, его истоки, генезис, особенности политической природы, в интерпретации учения Л.Н. Гумилева о пассионарности и этногенезе. Концепция ученого, применяющая системную методику к анализу этнических и политических процессов, позволяет вывести цивилизационный подход на новый научный уровень. Такой подход позволяет Л.Н. Гумилеву совместить цивилизационный и формационный методы в изучении этнополитогенеза. Синтез этнополитогенеза в единый взаимосвязанный процесс позволяет ученому определить степень влияния природы на человека и человека на природу, значение энергии пассионарности как двигателя этнополитогенеза и роль идеологической доминанты в политическом процессе..

5. Вопросы особенностей политической природы кочевого государства, его зарождения и признаков заключаются в том, что, во-первых, оно возникает не только и не столько из необходимости классового принуждения, сколько из необходимости внутренней консолидации этноса. Согласно учению Л.Н. Гумилева, государство появляется только в определенной фазе этногенеза, а именно в фазе подъема, когда пассионарная энергия сплачивает этнос и создает первые политические формы выражения этой консолидации в виде государства. При этом, главными интегрирующими факторами, которые аккумулируют этнический организм в единую политическую общность в виде организации государства являются, по мнению Л.Н. Гумилева, пассионарная энергия и устойчивый стереотип поведения, складывающийся под влиянием условий вмещающего ландшафта. Во-вторых, метод экстраполяции фаз этногенеза на динамику политических процессов позволяет выявить определенные особенности в структурно-функциональной модели кочевого государства, признаки которого также имеют свои специфические отличия и определяются своеобразием стереотипа поведения номадного социума и условиями вмещающего ландшафта. В-третьих, Л.Н. Гумилев утверждает, что кочевое государство не является следствием и формой особенностей адаптации кочевников к земледельческим культурам, а естественным образом вытекает из внутренней природы номадизма. Истоки становления государственности кочевников, как считает ученый, следует искать во внутренних процессах жизни степного социума. Необходимость государства была вызвана внутренними потребностями общественного развития. Борьба кочевников за самосохранение и внутреннее общественное спокойствие, а также стремление к равенству с соседями породили у них государство. Если на Западе государство выступало орудием классового угнетения, то у номадов оно стало итогом патерналистских устремлений общества.

6. Перспективы развития современного казахстанского государства определяются целым рядом факторов пассионарного, этнического, идеологического и геополитического характера. При этом фактор идеологический имеет решающее значение, ибо он способен сконцентрировать в себе решение многих задач. В условиях многополюсного мира идеологический фактор может сыграть решающую роль в укреплении современного казахстанского государства. Это по силам евразийской идее. В современных политических и экономических условиях смысл евразийской идеи для Казахстана, заключается в сохранении и обеспечении выживания казахстанской цивилизации как целостности, в ее активном противостоянии разрушающему влиянию Запада и натиску Востока, в лице Китая и исламского фундаментализма. Только решив евразийскую тему в контексте постмодернистской аскезы, утвердив лидерство Казахстана в регионе Центральной Азии в формулировке цивилизационного ответа на глобальные вызовы, можно говорить о подлинно независимой евразийской державе.

^ Теоретическое значение работы определяется, в известной мере, общим ситуативным положением состояния совершенствования методологической базы современной политологической науки Казахстана. Казахстанская политология переживает в настоящее время процесс становления и представляет собой некое поле, открытое для широкой интерпретации. Несмотря на имеющееся богатейшее духовно-идеологическое наследие, казахстанское политологическое сообщество находится в поиске своей научной идентичности. Это, в принципе, может дать существенные преимущества в плане открытости и творческого усвоения мировой политологической традиции. В данном ракурсе учение Л.Н. Гумилева о пассионарности и этногенезе, системная методология, на которую он опирается и его евразийские взгляды, все это в совокупности представляет собой один из вариантов цивилизационной научной парадигмы. На наш взгляд, его евразийский цивилизационный методологический подход, не отрицая полностью достижений советской науки, позволяет по-новому, более адекватно и системно интерпретировать истоки и политическую природу кочевого государства.

^ Научно-практическая значимость работы определяется возможностью использования на практике ряда ее теоретических положений и выводов, касающихся системы идеологической работы в республике, а также тем, что её результаты могут быть использованы при осмыслении места Казахстана в мировом сообществе, обосновании перспективы взаимодействия республики с близкими и дальними соседями, способствовать выработке новой евразийской духовной доминанты. Материалы диссертационного исследования могут принести пользу в работе средств массовой информации, департаментов внутренней политики, а также государственных структур, изучающих идеологию и общественные процессы. Они могут оказаться полезными в деятельности и других государственных структур по формированию общественного мнения, при изучении тенденций развития массового сознании, также в научно-исследовательской деятельности для активизации работы по дальнейшей теоретической разработке проблемы. Работа затрагивает ряд аспектов национальной безопасности государства, которые могут быть задействованы при создании доктрины государственного развития и противодействия внешним влияниям. Результаты работы могут быть использованы при разработке учебных курсов по политологии, геополитике, социологии, истории и другим дисциплинам гуманитарного цикла.

^ Апробация работы: основные положения и выводы диссертации

- отражены в пятнадцати научных публикациях автора и доложены на ежегодных конференциях Кокшетауского государственного университета: «Валихановские чтения - 10», «Валихановские чтения - 12», на конференции в КазГЮУ: «Казахстан: на пути к единству и многообразию», на конференции в КГУ им. А. Байтурсынова: «Алтынсаринские чтения – 2009», на конференции в КИПМО: «Теоретико-методические проблемы права и экономики», на конференции в Петропавловском университете: «Современные проблемы образования и науки в начале XXI века», на ежегодных конференциях КСТУ: «Алдамжаровские чтения – 2007», «Алдамжаровские чтения – 2009» опубликованы в журналах «Саясат – Policy» и «Евразийское сообщество» и в альманахе «Судебная власть Казахстана. История и современность»;

  • использовались автором при разработке лекций и проведении практических занятий по политологии и социологии в Костанайском государственном университете им. А. Байтурсынова.

^ Структура и объем работы. Диссертация состоит из введения, двух разделов, шести подразделов, выводов и списка использованных источников. Общий объем диссертационного исследования составляет 154 страницы.


^ ОСНОВНАЯ ЧАСТЬ


Во Введении обосновывается актуальность темы диссертации, степень ее научной разработанности, ставятся ее цель и основные задачи исследования; определяется методологическая основа работы и ее практическая значимость, отмечается новизна исследования, определяются основные положения, выносимые на защиту, а также содержатся сведения об апробации результатов исследования, структуре и объеме диссертационной работы.

В первом разделе «^ Философско-политологические концепции проблемы государства в кочевом обществе» исследуются основные западноевропейские и отечественные теории и взгляды на проблему кочевого государства, а также проводится сравнительный анализ трактовки вопросов государства кочевников Евразии у евразийцев и Л.Н. Гумилева, выявляются точки соприкосновения и принципиальные различия.

В первом подразделе «^ Классическая западная традиция о государстве номадов как политическом институте» раскрываются основные концепции, положившие начало и продолжившие европоцентристскую тенденцию в трактовке вопросов государства номадов как политического института.

Западноевропейская традиция весьма многообразна и включает в себя различные точки зрения на проблемы государства у номадов. Спектр мнений включает в себя как категоричное отрицание государства у кочевников, так и прямо противоположные утверждения об их особой миссии в государственном творчестве, в лице Л. Гумпловича, Ф. Ратцеля и др.

У истоков концептуального взгляда, отрицающего государственность номадов, стояли основоположники немецкой классической философии И. Кант и Г.В.Ф. Гегель. Основоположники западноевропейского учения о государстве создали и утвердили как эталон западный тип государства, который стал господствующим в научном сознании.

Исходя из гегелевской трактовки сущности государства, которая подразумевает наличие последнего только в земледельческих культурах, у номадов оно отсутствовало. Появление государства как политического института возможно, по мнению Гегеля, только при наличии городов, как центров публичной власти, организованной системы права и других сопутствующих элементов. Подлинное государство – есть, по его мнению, объективизация свободы, ее рациональное и материальное воплощение, которое возможно только в христианской Европе, точнее в европейском буржуазном обществе. Наличие последнего у номадов естественным образом исключается, поэтому кочевники, принадлежа к народам, не создавшим государства, не принадлежат истории. Они, как считает Гегель, оказались вне истории. Но не по своей вине. Как утверждает Гегель, кочевникам, и не только им, а многим другим народам просто не повезло. Их погубил климат. Суровые природно-климатические условия заставили номадов расходовать массу усилий на их преодоление, поэтому ни на что другое сил уже не оставалось. По причинам патриархальной организации, отсутствия государства и свободы личности Гегель отводит номадам роль разрушителей цивилизации [6].

Подобные европоцентристские взгляды разделяют также и такие основатели теории цивилизации в рамках культурно-исторической школы как О. Шпенглер, А. Дж. Тойнби и другие.

Кочевники, по мнению Шпенглера, не вписались в категорию «великих культур», как не прошедшие все стадии жизненного цикла и на каком-то этапе выпали из оборота мировой истории. Европоцентристский характер концепции О. Шпенглера заключается в том, что культура кочевников в этот разряд мировых культур им не включена. По той причине, что, по его мнению, мировая история – это история государств, а номады государство, в том западноевропейском виде, как его воспринимает ученый, не создали.

Подобного мнения придерживается английский исследователь А. Дж. Тойнби, в научном творчестве которого проблемы государственности номадов занимают видное место. Исходя из своей концепции «вызовов и ответов», Тойнби относит кочевников к разряду «застывших» или «задержанных» цивилизаций. Вызовы природы, как считает Тойнби, оказались настолько суровыми, что «задержанные» цивилизации, истратив все свои силы, остановились в своем развитии. Кочевники, по его мнению, направив все свои усилия на преодоление вызова степи, истощились физически и духовно и в конечном итоге застыли в своем развитии. Наладив контакт со степью, кочевники, по его мнению, утратили связь с миром и, несмотря на нерегулярные набеги на оседлые цивилизации, временно включающие кочевников в поле исторических событий, общество кочевников является обществом, у которого нет государства и, следовательно, нет истории [7].

Во втором подразделе «^ От классово-формационной доктрины к цивилизационной парадигме кочевого государства» анализируются различные вариации формационной трактовки кочевого феодализма, разработанные учеными в советское время и попытки осмысления политической природы кочевого государства в рамках цивилизационной научно-исследовательской парадигмы, появившиеся в период после обретения независимости.

Проблемы специфики кочевого государства стали активно подниматься в советское время, причем в русле европоцентристской научной традиции. В этот период утверждается в качестве господствующей, теория кочевого феодализма. Поскольку рабовладельческая модель была явно неприменима к кочевникам, а гипотеза «азиатского» способа производства в 20-30-е гг. находилась под запретом, то единственно официально разрешенной докапиталистической общественно-экономической формацией становился феодализм. Поэтому закономерно появление концепции «кочевого феодализма» Б.Я. Владимирцева и концепции «феодальных отношений» С.П. Толстого.

В период хрущевской оттепели появились и другие точки зрения: об азиатском способе производства, об особом номадном способе производства, который обусловил своеобразие степного феодализма и который имел своим основанием скот – как главное средство производства в кочевом обществе. В ходе дискуссии о «кочевом феодализме» сформировались основные концепции, которые бытовали в советской науке достаточно долго. Это концепция предклассового общества у кочевников, теория раннего государства у номадов, концепция номадного способа производства, различные интерпретации теории кочевого феодализма.

«Кочевой феодализм» Б.Я. Владимирцева основывается на доминантной роли в структуре производственных отношений, отношений по поводу земли и логически наиболее соответствовал общепринятому пониманию феодализма. В основу положен постулат о феодальной собственности на пастбища, вывод о крепостной зависимости рядовых скотоводов, которые кочевали по указанию своего сеньора и исполняли в пользу своего феодала натуральные повинности.

С.П. Толстов, учитывая специфику общественного развития номадов, в формулировке своей теории опирался на отношения собственности на скот. С разными оговорками концепцию феодальных отношений в кочевой среде поддерживали и другие исследователи, такие как Н.Н. Козьмин, С.Д. Асфендиаров, М.П. Вяткин и др.

Другая точка зрения была предложена Г.Е. Марковым, А.М. Хазановым и другими, которая заключается в провозглашении особой концепции раннеклассовой стадии государственно-общественного развития номадов. Данная концепция стала своего рода компромиссом между имеющими место в реальности процессами социально-экономической дифференциации и патерналистскими тенденциями в развитии кочевого общества в сочетании с отсутствием государственности и классовой борьбы.

В середине 80-х гг. многие исследователи приходят к выводу о необходимости принципиально иной методологии в изучении процессов становления кочевых государств. Курс на перестройку и ветер перемен ознаменовали начало новых дискуссий с использованием иных подходов и иных методов. В 90-е гг. появились возможности применения в исследовании процессов создания и эволюции государства у номадов принципиально иных научных парадигм.

Среди всего обилия новых точек зрения следует выделить попытки рассмотреть становление государства у кочевников в ракурсе цивилизационного подхода. В рамках цивилизационной парадигмы одним из основных предметов становится вопрос о специфике номадизма. Отсюда проблема государства выводится в плоскость дискуссии вокруг двух основных вопросов. Или государство кочевников естественным образом вытекает из внутренней природы номадизма, либо оно является следствием особенностей адаптации кочевников к земледельческим государствам.

В русле цивилизационного подхода особого внимания заслуживает гипотеза номадного способа производства, разработанная Н.Э. Масановым. Он рассматривает номадный способ производства в рамках единой аграрной стадии исторического процесса. По его мнению, главной специфической чертой данного способа производства является наличие биологических средств производства т.е. скота, которые вследствие сильного воздействия экологического фактора не поддаются качественному морфологическому преобразованию, что ограничивает перспективы развития этой социально-экономической формы. Следствием этого, по его мнению, является специфика форм социальной организации номадов, которая выражалась в военно-потестарной организации на основе интересов в политической сфере [8].

Некоторые современные исследователи пытаются синтезировать формационный и цивилизационный методы в исследовании процессов зарождения и генезиса кочевого государства. В частности, отмечается необходимость и целесообразность применения категории «цивилизация» к кочевому казахскому обществу и предпринимается попытка анализа цивилизационных основ казахской государственности [2]. Ряд исследователей призывает истоки становления государственности кочевников искать во внутренних процессах жизни степного социума, [9] они выделяют специфические, присущие только государству номадов признаки. Это развитая система родства, милитаризированность общества, административное деление на крылья, десятичная система, особое мировоззрение, особое представление о власти. Поднимается проблема приоритета государственной власти и права в их взаимных отношениях на различных этапах эволюции государственности Казахстана,[5] впервые этнополитогенез рассматривается как единый взаимосвязанный и взаимозависимый процесс [4]. Кроме того, впервые в отечественной политологии процесс становления казахской государственности был подвергнут изучению с точки зрения системного подхода, общей теории систем и принципов самоорганизации [3]. Данные попытки исследования проблемы государства кочевников в рамках цивилизационного подхода позволяют, по нашему мнению, интерпретировать кочевое государство как особый евразийский тип кочевой цивилизации, отличный как от западного, так и восточного пути образования и сущности государства.

Третий подраздел «^ Общее и особенное в политической философии евразийцев и идеях Л.Н. Гумилева о государстве кочевого общества» посвящен сравнительному анализу основных положений политической философии евразийцев и учения Л.Н. Гумилева в аспекте проблемы кочевого государства.

В концепции Л.Н. Гумилева евразийские мотивы весьма ощутимы. Ученый подтверждает и развивает идею евразийцев о значении тюркского, а, шире кочевого элемента в формировании евразийского суперэтноса и типа государства. Он доказывает, что черты этого типа действительно были переняты российской государственностью и во многом обусловили её специфичность. В связи с этим, признавая роль православия, как духовной доминанты русского народа, позволившей ему сохранить этническую идентичность и консолидироваться в единый этнос, он отмечает, что общеевразийской доминантой православие, в силу большой роли в евразийской суперэтнической системе кочевого, неправославного компонента, не стало и не могло стать. В его учении находят подтверждение такие положения евразийства, как связь этноса с географическим ландшафтом, идея единства народов Евразии, положительная оценка монгольского периода, отрицание западничества [10].

С другой стороны, если евразийцы считают, что государственное объединение Евразии происходило стихийно, на подсознательном уровне и главную роль в этом процессе играет духовная доминанта, то Л.Н. Гумилев утверждает, что создание государств кочевниками – это закономерный итог фазы подъема этнополитогенеза и движущей силой в данном случае является энергия пассионарности [11].

Во втором разделе «^ Обоснование политической природы кочевого государства в учении Л.Н. Гумилева» анализируется политическая природа кочевого государства в контексте учения Л.Н. Гумилева, раскрывается роль и значение концепции ученого для методологии политологического исследования кочевого государства. В свете основополагающих идей концепции этногенеза и пассионарности Л.Н. Гумилева исследуются перспективы современного государства Казахстан на мировой геополитической арене в XXI веке.

В первом подразделе «^ Политологический анализ теории Л.Н. Гумилева и ее значение для методологии исследования кочевого государства» исследуются основополагающие постулаты концепции ученого под углом зрения политической науки и раскрывается их значение для методологии исследования проблемы кочевого государства.

Сущность политологического анализа основных категорий и положений теории Л.Н. Гумилева заключается в том, что они исследуются на основе теории систем и системной методологии. При этом следует отметить, что сам Л.Н. Гумилев в процессе изучения этнической структуры прибегает к использованию инструментария политической науки, чего раньше до него никто не делал. Апеллируя к методологии системного подхода Л. фон Берталанфи, согласно которой система есть комплекс элементов, находящихся во взаимодействии, Л.Н. Гумилев предлагает считать этнос системой, в которой важнейшим действующим фактором являются не элементы, а связи между ними. В зеркале системного подхода, категория этноса предстает у Л.Н. Гумилева как открытая самоорганизующаяся система, обладающая этническим полем, и в которой все элементы связаны между собой множеством, находящихся в динамике связей, что обеспечивает этнической системе пластичность, а, значит, и способность к приспособлению и выживанию [12].

Этногенез, по мнению Л.Н. Гумилева, есть инерционный процесс, где первоначальный заряд энергии расходуется вследствие сопротивления среды. Поскольку этногенез является не состоянием, а процессом, постольку этнос является системой не статичной, а динамичной. Сущностью динамики этноса является открытое ученым явление пассионарности – энергетической основы этнической системы. Пассионарность – это избыток биохимической энергии, которую этнос растрачивает в течение своей жизни. Пассионарностью обладает только этнос, находящийся в динамическом состоянии. Динамический этнос способен абсорбировать большее количество энергии, чем ему необходимо для поддержания процессов внутри системы, и целенаправленно выдавать её в виде работы за пределы этнической системы. Эта работа проявляется в преобразованиях природы, миграциях, завоевательных походах, создании государств и т.д.

С точки зрения теории систем главным в любой системе являются связи между элементами. При всем обилии этих связей, основным связующим звеном элементов этнической системы ученый считает пассионарность. Выявляя в энергетической структуре этноса Л.Н. Гумилев три категории: пассионариев, гармоничников и субпассионариев, ученый утверждает, что генераторами этнических связей выступают именно пассионарии, за счет избыточной энергии которых сохраняется целостность этнической системы [13].

Исходя из постулатов теории систем, Л.Н. Гумилев разрабатывает положение о структуре этноса, которая состоит из субэтносов, консорций и конвиксий, вводит в научный оборот, в качестве одного из видов системных связей, понятие комплиментарности, под которой понимает ощущение подсознательной взаимной симпатии (антипатии) членов этнических коллективов, определяющих деление на «своих» и «чужих». Ученый также выделяет определенные фазы развития этнической системы. Смену фаз этнополитогенеза он связывает со сменой уровня пассионарного напряжения этнической системы и указывает на то, что наиболее опасными периодами в жизни этноса являются фазовые переходы, во время которых этнос меняет стереотип поведения, Последнее он считает главным определяющим системным признаком этноса [12].

Таким образом, теория этногенеза и пассионарности Л.Н. Гумилева, применяющая системную методику к анализу этнических и политических процессов, позволяет вывести цивилизационный подход на новый научный уровень. Он разделяет этногенез, как процесс природный, подчиняющийся законам существования материального мира и не зависящий от воли человека, и политогенез, как процесс общественный, рождающийся в результате осознанной деятельности человека и подчиняющийся законам социально-политического бытия. Это, с одной стороны, позволяет Л.Н. Гумилеву отделить этническую историю от политической, а с другой – установить их взаимосвязь, а также степень влияния различных природных факторов: географического, климатического, биологического, психологического, космического на развитие государства и общества. Такой подход позволяет Л.Н. Гумилеву совместить цивилизационный и формационный методы в изучении этнополитогенеза.

Л.Н. Гумилев, как нам представляется, заложил основы синтетической теории. Учение Л.Н. Гумилева о пассионарности и этногенезе, системная методология на которую он опирается и его евразийские взгляды, все это в совокупности представляет собой один из вариантов цивилизационной научной парадигмы. Все это, в конечном итоге определяет значение концептуальных положений теории Л.Н. Гумилева для методологии исследования кочевого государства.

Второй подраздел «^ Особенности политической природы кочевого государства в концепции Л.Н. Гумилева» посвящен изучению специфических особенностей политической сущности и содержания кочевого государства в учении Л.Н. Гумилева.

Согласно основополагающим постулатам доктрины Л.Н. Гумилева государство появляется только в определенной фазе этногенеза, а именно в фазе подъема, когда пассионарная энергия сплачивает этнос и создает первые политические формы выражения этой консолидации в виде государства. По глубокому убеждению ученого, сочетая лучшие наработки как формационного, так и цивилизационного методов, следует признать специфику появления кочевого государства, которое возникло не только и не столько из необходимости классового принуждения, сколько из необходимости внутренней консолидации этноса. Цивилизационный подход в версии Л.Н. Гумилева выдвигает вопросы взаимоотношения человека с природой, этнические и конфессиональные начала этого взаимодействия, духовные и нравственные архетипы человеческого сознания и этики. Исходя из этого, государство у кочевников Евразии возникает естественным образом, закономерным путем вырастая из эмпирии кочевого образа жизни. При этом, главными интегрирующими факторами, которые аккумулируют этнический организм в единую политическую и социальную общность в виде организации государства являются, по мнению Л.Н. Гумилева, пассионарная энергия и устойчивый стереотип поведения, складывающийся под влиянием условий вмещающего ландшафта. Государство номадов Центральной Азии есть объективное завершение процесса консолидации этноса и закономерный продукт этнополитогенеза в фазе подъема. Результатом становится институционализация складывающейся политической системы, в рамках которой её элементы принимают форму государства, признаки которого также имеют свои специфические отличия и определяются своеобразием стереотипа поведения номадного социума и условиями вмещающего ландшафта [14].

Второе отличительное обстоятельство, как утверждает Л.Н. Гумилев, состоит в том, что кочевое государство не является следствием и формой особенностей адаптации кочевников к земледельческим культурам, а естественным образом вытекает из внутренней природы номадизма. Истоки зарождения государства кочевников, как считает ученый, следует искать во внутренних процессах жизни степного социума. Необходимость государственности была вызвана внутренними потребностями общественного развития. Борьба кочевников за самосохранение и внутреннее общественное спокойствие, а также стремление к равенству с соседями породили у них государство. Если на Западе государство выступало орудием классового угнетения, то у номадов оно стало итогом патерналистских устремлений общества.

В-третьих, государство кочевников представляет собой сложную, открытую и самоорганизующуюся систему, постоянно обменивающейся веществом, энергией и информацией с окружающей средой. Эта система, по Л.Н. Гумилеву, зарождается в результате пассионарного толчка и развивается в зависимости от воздействия различных как внешних, так и внутренних системообразующих факторов. К примеру, внешний системообразующий фактор в виде территориальной экспансии, который присущ акматической фазе этнополитогенеза, приводит к образованию качественно иной государственной организации – кочевой империи. Л.Н. Гумилев выделяет и ряд других системообразующих факторов, оказывающих также огромное влияние на эволюцию государства и власти. Это факторы природно-климатического характера, фактор обмена веществом, энергией и информацией как внутри системы, так и за её пределами, а также фактор пассионарности, точнее уровень пассионарного напряжения, индуцирующегося в сфере этнического поля и, выступающего в качестве основного вида системных связей энергетического характера [12].

Схема этнополитогенеза, полученная методом экстраполяции дана нами в следующей таблице 1.

Таблица 1 Схема этнополитогенеза

Уровень пассионарности

Фазы этногенеза

Фазы (этапы) политогенеза

Всплеск пассионарной энергии, вследствие пассионарного толчка.

Фаза подъема – фаза интенсивного роста пассионарного напряжения в этнической системе вследствие пассионарного толчка. Характеризуется энергетической экспансией этноса, резким ростом всех видов его активности, быстрым повышением числа подсистем этнической системы.

Фаза подъема – этап зарождения государства. Политическая система институционализируется. В данной фазе формируются новая этническая доминанта и политические институты в виде государства, публичной власти и системы права.

Пассионарное напряжение достигает наивысшего уровня. Избыток пассионарности может привести к пассионарному перегреву.

Акматическая фаза. Этническая система в этой фазе характеризуется господством пассионариев жертвенного типа, пассионарный импульс которых наиболее высок, а также наивысшим числом подсистем (субэтносов).

Акматическая фаза – появление кочевой империи. Государство, как основной элемент политической системы достигает в своём развитии апогея. Завершенные формы принимают власть и система права. Это период кризиса роста, когда прекращаются качественные изменения структуры системы.

Снижение уровня пассионарного напряжения.

Фаза надлома – характеризуется расколом этнического поля, который сопровождается потерей комплиментарности, ростом числа и доли субпассионариев; острыми конфликтами внутри этнической системы. Все это приводит к существенному снижению резистентности этнической системы и повышению вероятности ее распада и гибели.

Фаза надлома – этап кризиса политической системы, которая влечет за собой «снижение мощи государства», как выражается Л.Н. Гумилев. Это период революций, реформ, и острых конфликтов внутри системы, часто перерастающих в ожесточенные гражданские войны.

Некоторое повышение и затем плавное снижение уровня пассионарного напряжения.

Инерционная фаза этногенеза. Переход к инерционной фазе выглядит как успокоение и начало созидательной деятельности после катаклизмов фазы надлома. Господствующим в данной фазе становится тип «золотой посредственности». Это означает доминирование в этносе людей гармоничного склада, с низким уровнем пассионарности.

Инерционная фаза – этап стабилизации политической системы. Для данного периода характерно укрепление государственной власти и других политических институтов, возобновление широкомасштабной территориальной экспансии, интенсивное накопление материальных и культурных ценностей, активное преобразование вмещающего ландшафта.

Пассионарное напряжение убывает до уровня ниже гомеостатического (нулевого) за счет значительного увеличения числа субпассионариев.

Обскурация – фаза этногенеза, в которой этническая система утрачивает резистентность и может стать легкой добычей пассионарных соседей. Фаза обскурации предшествует гибели этнической системы или её переходу в состояние этнического гомеостаза, в котором от этноса остается реликт, состоящий из гармоничных особей.

Фаза обскурации – этап разложения и гибели государства. В этом периоде этнос существует за счет материальных ценностей и навыков, накопленных в предыдущую фазу. Политическая система начинает разлагаться, распространяется преступность, армия теряет боеспособность, к власти приходят циничные авантюристы.

В третьем подразделе «^ Перспективы современного казахстанского государства в свете идей этногенеза и пассионарности Л.Н. Гумилева» рассматриваются перспективы современного государства Казахстан на мировой геополитической арене в XXI веке.

Казахстан в начале третьего тысячелетия испытывает глобальные вызовы политического, этнического, экономического и идеологического характера. Перспективы становящейся государственности Казахстана, исходя из смысла и духа учения Л.Н. Гумилева, определяются целым рядом факторов.

В первую очередь – это этнический фактор. Л.Н. Гумилев неоднократно указывает на этничность как на одну из важнейших составляющих будущего мироустройства. Исходя из положений его учения, этнос в переходные периоды от одной фазы к другой болеет, меняет душу, то есть происходит ломка императивов, стереотипов поведения, психологии народа. Поскольку казахи находятся в переходном периоде между фазами надлома и инерции, то, согласно мнению ученого, переживаемый нами кризис вполне закономерен [15]. Другая сторона этнического фактора – этническое многообразие Казахстана, которое должно стать не ахиллесовой пятой, а одним из источников силы и могущества. Сложные системы, как указывает Л.Н. Гумилев, более жизнеспособны. Наличие максимального количества субэтносов в составе казахского этноса также должно стать гарантией многовариантности политического и экономического развития [16].

Второй фактор – идеологический. Единство казахской нации и казахстанского общества должно базироваться на многообразии. Под силу это, на наш взгляд, только евразийской идеологии, способной возглавить процесс национальной консолидации и сплочения всех слоев, всех этносов и этнических групп казахстанского общества. В условиях многополюсного мира идеологический фактор играет решающую роль в укреплении современного казахстанского государства. В современных политических и экономических условиях смысл евразийской идеи для Казахстана, заключается в сохранении и обеспечении выживания казахстанской цивилизации как целостности, в ее активном противостоянии разрушающему влиянию Запада, натиску Востока, в лице Китая и исламского фундаментализма. [17].

Следующий важнейший фактор – пассионарность. В современных условиях, по нашему мнению, возможность возрождения и поддержания уровня пассионарного напряжения во многом обусловливается внешними факторами бытия этносов. Они прямо зависят от давления на них внешней среды, и особенно от силы организованного давления на них их геополитических и цивилизационных противников. Этот уровень можно поддерживать искусственно. Надо отметить, что поддержание высокого уровня пассионарности нации для обеспечения ее выживания очень важно. В данном случае новым пассионарным толчком может стать новая национальная государственная идеология, провозглашенная пассионарным лидером нации и имеющим профессиональную и пассионарную команду [18].

В целом, отдавая должное научному анализу и предвидению ученого, следует признать, что стремительный динамизм развития современности требует в переосмысления некоторых положений учения Л.Н. Гумилева, а именно - временного фактора этногенеза и фактора пассионарности. Нам представляется, что, начиная с середины XIX века, естественное развитие этносов перешло к интенсивному типу развития и уже не совпадает в отношении сроков с теорией Л.Н. Гумилева. Следует подчеркнуть, что сам ученый также указывал на ускорение процессов этногенеза в зависимости от наличия той или иной идеологической доминанты. Эти новые факторы и тенденции развития резко ускорили ритмы и темпы исторического развития мира и одновременно - темпы «созревания» этносов. Другими словами, то, что раньше вызревало веками, сегодня созревает гораздо быстрее, и весь цикл этногенеза этносов сокращается.

Нельзя не учитывать и того, что во внешнеполитическом аспекте сегодня влияние евразийского пассионарного толчка проявляется в том, что Казахстан оказался на перекрестке цивилизаций. Как мы считаем, с учетом поляризации современного мира, ростом растущих в нем противоречий между государствами-гигантами Казахстану в скором времени придется определяться с вектором своего геополитического движения. В этих условиях есть угроза, безусловно, включения Казахстана в орбиту той или иной державы или суперэтноса.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ


В ходе проведенного политологического анализа евразийской концепции кочевого государства в учении Л.Н. Гумилева нами были сделаны следующие выводы:

1. Раскрыта сущность и содержание европоцентристской западноевропейской традиции как концепции, выражающейся в полном отрицании и принципиальной возможности создания номадами государства.

2. Осуществлен анализ основных теорий, концепций и идей, разработанных советской и современной отечественной наукой, раскрыты их достоинства и недостатки, отмечается необходимость комплексного сочетания формационного и цивилизационного подходов в изучении процессов зарождения, становления и эволюции государства кочевников Евразии.

3. Раскрыта связь евразийской трактовки кочевой государственности с основными положениями учения Л.Н. Гумилева. В его учении находят подтверждение такие положения евразийства, как связь этноса с географическим ландшафтом, идея единства народов Евразии, положительная оценка монгольского периода, отрицание западничества. Вместе с тем имеются определенные разногласия между евразийцами и Л.Н. Гумилевым по вопросам происхождения кочевого государства.

4. Осуществлен политологический анализ основный категорий концепции этногенеза и пассионарности Л.Н. Гумилева с точки зрения теории систем и принципов самоорганизации, раскрывается роль и значение его учения для методологии исследования кочевого государства.

В зеркале системного подхода, категория этноса предстает у Л.Н. Гумилева как открытая самоорганизующаяся система, обладающая этническим полем, и в которой все элементы связаны между собой множеством, находящихся в динамике связей, что обеспечивает этнической системе пластичность, а, значит, и способность к приспособлению и выживанию.

5. Проведено исследование проблемы возникновения и признаков кочевого государства, выявлены особенности его политической природы в концепции Л.Н. Гумилева, раскрыта роль энергии пассионарности как двигателя этнополитогенеза. Особенность зарождения кочевого государства заключается в том, что согласно положениям учения Л.Н. Гумилева оно появляется только в определенной фазе этногенеза, а именно в фазе подъема, когда пассионарная энергия сплачивает этнос и создает первые политические формы выражения этой консолидации в виде государства.

6. Проведено исследование перспектив современного казахстанского государства в свете теории этногенеза и пассионарности Л.Н. Гумилева. При этом, отмечается, что будущее становящейся государственности Казахстана определяются целым рядом факторов пассионарного, этнического, идеологического и геополитического характера. Отмечается необходимость выработки новой духовной доминанты для народов Казахстана с целью её объединения и преодоления глобального цивилизационного кризиса.


следующая страница >>